Его Искушение
- Автор: Гур Анна
- Серия: Одержимые (Гур) #6
- Язык: русский
- Жанр: Современные любовные романы
Электронная книга - «Его Искушение». Краткое содержание книги:
Проникновенный голос заставляет сердце пропустить удар.
Мой затравленный взгляд мечется по пространству и не находит выхода.
— Не стоит. В этот раз сбежать уже не получится.
Прозрачные глаза смотрят пристально. Подавляют.
— Я не собираюсь становиться твоей игрушкой!
Ухмыляется.
— Ты уже стала моей, когда я тебя купил.
Резкий рывок. Впечатываюсь в литую грудь, и меня опаляет жаром запретных слов:
— А теперь мы продолжим с того самого, на чем остановились. Раздевайся.
*Альтернативная реальность. Временных привязок нет.
Останавливаюсь у стойла красавицы, у нее грива дивная, длинная. Завораживающее зрелище.
Иван замирает за спиной, притягивает к себе, кладет руку мне на живот, держит, чтобы дальше не пошла.
Улыбаюсь и тяну пальцы к животному, останавливаюсь в миллиметре от мордочки. Даю себя обнюхать, не касаюсь, да и Кац все контролирует, застыв за моей спиной.
Жду, пока ноздри у кобылы перестанут подрагивать, ожидаю, когда допустит до себя.
— Лошадь животное своенравное, умное. Нельзя лезть на рожон, они этого не любят.
Хриплый голос в самое ухо. Пальцы, ласкающие мой плоский живот, обдают жаром.
— Как ее зовут?
Почему мой голос дрожит?
— У нее нет имени, куколка. Есть документы, но я в них не заглядывал, она здесь только для одного.
— Собственно, как и я, так получается, да, Иван?
Проговариваю горько.
В это мгновение подруга по счастью или несчастью, наконец, тыкается влажными ноздрями в мою раскрытую ладонь.
— Привет, красотка, — приглядываюсь к животному, — как тебе в неволе, одиноко, правда?
Слезы на глазах закипают, Иван же меня к себе прибивает буквально, в тиски берет, заставляет дрожать от близости сильного тела.
— Ты можешь дать ей имя, Аврора. Я дарю ее тебе.
— Царский жест. Очередной подарок стоимостью в миллион?
Такова цена арабского скакуна, а в том, что эта красавица чистокровная, у меня сомнений нет.
— Глупышка ты, Рори…
Плачу, когда чувствую, как мужские пальцы на моем животе слегка ласкают сквозь ткань. Едва ощутимый жест. Трепетный. Интимный.
Прикусываю губы, слова застревают комом.
— Как ты ее назовешь?
— Стеллой.
Разворачивает меня в своих руках, заставляет откинуть голову и всматривается в мои глаза.
— Аврора и Стелла. Заря и ее путеводная звезда. Символично, правда? — опускает голову и ведет носом по моим волосам. Прижимает меня сильнее к стальной грудной клетке.
— Не думала, что ты можешь быть таким, Иван…
— Ваня, — поправляет и я повторяю послушно.
Стискивает мою талию руками, приподнимает меня, отрывает от земли.
— Каким таким?
Его дыхание жжет, опаляет и меня от близости Кровавого трясет.
— Человечным, — отвечаю робко, а он вжимает меня в свое массивное бедро.
— Ты забавная, Рора. Видишь то, чего нет и в помине.
Говорит, а сам на рот мой смотрит, алчно как-то, так, что меня током бьет. Жгучее ощущение искрами от него ко мне, все пространство сужается, сжимается.
Только его глаза, невероятные, белесые, концентрируют в себе нечто странное, непонятное…
— Здесь пахнет моим детством.
— А ты для меня пахнешь жизнью.
Воздух вокруг нас закипает, как кипяток. Он ноздри обжигает, а я впиваюсь пальцами в его сорочку, что обтянула широкую грудь, демонстрируя всю грацию хищника.
Недовольное ржание за спиной и меня легонько толкают в спину.
— Дотянулась, зараза рыжая, — улыбаюсь, — она хочет, чтобы обратила на нее внимание.
— Перебьется, ты сейчас занята.
— Ты умеешь шутить, — отвечаю, прикоснувшись к чуть колючей щеке, ласкаю и Кац улыбается.
— Редко, Аврора, очень редко.
Глава 45
Дни текут, все становится немного иным, а Каца я перестаю воспринимать врагом, желающим отнять у меня свободу. Мы часто с ним разговариваем. Я ловлю себя на том, что он умен и его приятно слушать. Кровавый всегда говорит по-существу, логичен, но больше всего мне нравится валяться с ним в одной постели.
— Иван, ты изменился.
Проговариваю, уткнувшись в плечо мужчины, который поворачивает ко мне голову, убирает прядку с моего лба и смотрит пристально.
Совсем нестрашные у него глаза, наоборот, я все время хочу смотреть в них, улавливать то, что они передают вот в такие моменты, как сейчас, когда я просто лежу в объятиях Каца и на сердце как-то спокойно.
— Я не менялся, Аврора, ты просто перестала все видеть через призму собственных сомнений и страхов.
Улыбается краем губ и опускает широкую ладонь мне на живот, щекотно становится, и я начинаю дергаться, пытаясь отстраниться.
— Живот еще совсем плоский, ты ничего не почувствуешь.
Смотрит мне в глаза внимательно, больше не улыбается и отвечает серьезно:
— Я чувствую, Аврора, инстинкты работают. Ты моя женщина. С первой секунды, как увидел, щелкнуло и не отпустило, и с каждым мгновением рядом с тобой это чувство только крепнет. Я бы рад все переменить, быть другим, но жизнь у меня сложилась так, как сложилась. Не ищу оправданий. Их нет. Лучше бы было для тебя не встречаться мне на пути, но ты носишь под сердцем моего сына и ничего изменить нельзя.