Вся пани Иоанна. Том 2 [компиляция]

— Дануся в этом месте не скорчила рожу?

— Не знаю, я боком к ним сидела. Не подсматривала. Только подслушивала. Элиза твердила, что с Янеком ужиться невозможно, что он бабник тот еще... А Дануся отвечала, что Бледной Холере втолковать ничего не сможет.

Я удивилась:

— Она назвала ее Холерой?

— Нет, Дануся ее по имени называла.

— Значит, она дала понять, что Холера глупа как пробка!

— Да-да, что-то в этом духе. Элиза отнюдь не удивилась, только сказала, что иногда глупость — настоящее преступление. А Дануся ответила ей, что некоторые бабы — дуры дурами, а устраиваться умеют. У них инстинкт. Вот и Бледная Холера, словно летучая мышь, все опасные места обойдет. Недавно ощипала одного мужика, ловеласа из ловеласов. А она раз! — и выпотрошила его. Дануся сердитая была, наверное, Холера так и не занялась ее братцем. Элиза отвечает: ей на Янека плевать, он из тех, кто горы золотые обещает, а потом в кусты. И пусть окручивают его как хотят. Тем более что он сам какого-то продюсера охмурил, то ли из Германии, то ли из Франции... а может, и из Америки. Я о нем даже слышала. Фамилия его... постой-ка... Прокреат... нет... Провизиор... да нет... Провитт... забыла. Только он страшно богатый и ищет художника. А Янек очень ему понравился с первого взгляда.

— Что-то этот Янек всем нравится с первого взгляда. Что дальше?

— Может, он его окончательно охмурит. Этого самого продюсера.

— И при чем тут Бледная Холера?

— Очень даже при чем! Янека она кинет и вцепится в богатенького Провета. В общем, кому-то точно не поздоровится. Тут Элиза заторопилась, сказала, что просто хотела предостеречь, и отвалила.

Сцена, которая уже стояла у меня перед глазами (в буфете краковского телевидения я бывала и более-менее его себе представляла), неожиданно развеялась.

— Совсем как рваный монтаж, очень модный в последнее время, — недовольно заметила я. — Картинка пропадает прежде, чем сообразишь, в чем дело. Она предупредила и ушла. Что это нам дает?

Я пока не знаю, еще не обдумала, — призналась Мартуся с сожалением. — Постой, это еще не все. Меня на пару минут отвлек Дарек. А Данусю в это время перехватил оператор, они договорились встретиться в монтажной. И тут вернулась Бледная Холера. Подсела к Данусе, прогнала оператора — после того как он ей кофе принес, — и давай хвастаться, что Янек ей золотые горы посулил. От этого Продуктора, или как его там, золотые горы.

— Посулил? — переспросила я язвительно.

Мартуся радостно захихикала:

— Ага! Мне было страшно интересно, скажет ли ей Дануся, что надлежит делать с обещаниями Янечки. Только эта дура не дала ей и слова вставить, все похвалялась, что знает, где и когда Янек и продюсер встречаются. Уж она-то обязательно там будет и себя покажет. Этого Превета она раз видела, мужик так себе, но денег куры не клюют! И она уже поклялась себе, что через пару месяцев подпишет с ним брачный договор. Тут мне ужасно захотелось сказать, что у него жена и дети, и посмотреть, как она отреагирует.