Полное собрание сочинений. Том 3

Как видно из всего вышесказанного, сон не имеет никакого отношения к будущему, что, впрочем, рационально и так ясно. Так же следует отметить, что сон все же действительно проявляет тайные желания человека и его скрытые проблемы. Но здесь следует сделать одну важную оговорку: ввиду образной идентичности сна реальности, понимание образов, их взаимосвязи во сне не отличается от их понимания и интерпретации в реальности. Если у меня удар ножом в спину ассоциируется с предательством, то во сне я бегу от маньяка с ножом, потому что предсознательно боюсь предательства, а не потому, что я жажду однополой любви: нет у меня такой ассоциативной связи, а значит и во сне ее быть не может. Такого рода интерпретации снов, когда ассоциации не соизмеряются с действительными ассоциациями, т.е. с теми, которые подразумевает сам человек (хотя не обязательно эти ассоциации видимы), категорически неверны; сон может служить лишь небольшим подтверждением в той или иной диагностике, но не быть её основой; слишком уж в таком анализе велика субъективность.

Помимо состояния психики индивида по сну можно судить и о свойствах структур психики. Я не буду подробно расписывать все выводы относительно данных вопросов применительно ко сну, а приведу лишь пару примеров, чтобы просто обозначить общие принципы построения анализа психики по сну. К примеру, если сны у человека обычно достаточно цельные, без существенных «перескоков» сюжетов, как бы с одним общим смыслом или направленностью, это указывает на низкий разброс мышления, что в свою очередь может быть обусловлено низкой скоростью спада приоритета и/или малой погрешностью образов. Если сны не связаны с существующими у человека проблемами или ближайшим прошлым, это говорит о высокой скорости спада приоритета в памяти, следовательно, такой человек при прочих равных характеристиках будет обладать относительно плохой памятью. И т.д.

Конечно, как уже было отмечено, судить по одним только снам о состоянии психики индивида или её свойствах чревато получением неверных результатов, однако в совокупности с другими методами исследования анализ снов является существенным подспорьем. Но практика – это разговор особый (да и не мне его говорить), а вот по теории всё. В чём различие работы сознания во сне и в периоды бодрствования показано. Сами видите, что никакие принципы здесь не меняются, и уж тем более нельзя говорить о том, что во сне сознание неуправляемо, а в бодрствовании управляемо; различие совсем не в том. Конечно, о сне сказано мало, но большего и не надо; здесь и этого более чем достаточно.