Сам себе клан

— Вижу, что зря возлагал на тебя надежды, демон, — сказал старый князь. — Ты сделан из того же теста, что и мой сын. Твои шкурные интересы для тебя превыше государственных.

— Да мне плевать на вашу империю, — сказал Ломтев. — Я тут никому на верность не присягал.

— Уверен, что и в твоем прежнем мире тебе тоже было плевать, — презрительно сказал старый князь. — Я знаю таких, как ты. Мне, мое, побольше и прямо сейчас… И пусть страна лежит в руинах и ее границы терзают враги, главное, чтобы здесь и сейчас тебе было комфортно. А если перестанет, то ты уедешь в другую страну.

— Так ваша страна не в руинах, — заметил Ломтев. — И враги терзают ее границы по большей части в воображении таких, как ты и Менщиков. И тут уж не совсем понятно, враги это или старческая паранойя.

— Наша страна существует только благодаря таким, как я и Менщиков! Иначе китайцы и англичане уже давно делили бы наши территории! Мы — истинные патриоты и лишь о благополучии империи все наши помыслы!

— Ага, так и запишем, — сказал Ломтев. — А отчего же простой народ вас, истинный патриотов, так не любит? Отчего восстания и террор?

— Оттого, что быдло не понимает, кому оно должно быть благодарно за саму возможность дышать, — отрезал старый князь. — Была бы моя воля, я бы вернул старые порядки. Волок бы их лошадьми, гнал бы их с собаками, сек бы их на площадях до тех пор, пока бы они не поняли, кто здесь настоящий хозяин.

— Да что ж ты будешь делать, — сокрушенно сказал Ломтев. — И вам тоже с народом не повезло.

— Народ должен быть тих и безмолвен! Покорность — вот истинное достоинство простолюдина.

— И благодарность, — подсказал Ломтев. — Изыди, старик. Ты меня раздражаешь.

— Нет, так просто ты от меня не избавишься, демон, — заявил старый князь. — Ты не выполнил мою волю, и отныне я буду отравлять своим присутствием каждую минуту твоего существования! Убей моего сына! Убей! Убей! Убей!

— Утомил, — сказал Ломтев.

— Убей, убей, убей!

Ломтев поставил трубку на подставку и закрыл глаза, возвращаясь в серый мир и становясь больше. Это ведь на самом деле не «боевой режим», пусть не знающие ничего, кроме войны, князья и называют его именно так.

Это нечто большее.

Старый князь здесь тоже присутствовал, но рядом с Ломтевым он был не больше мухи. Маленький, неопасный, зато противный и назойливый.

Никакого поединка, битвы разумов, драки ментальными энергиями не случилось, слишком несопоставимы оказались силы. Ломтев был океаном, а старый князь — всего лишь лодочкой, покачивающейся на его волнах.

И Ломтев его поглотил.

Помня, что в этом мире важен символизм, он сграбастал силуэт старого князя рукой — здесь он оказался вполне материальным, или же рука Ломтева приобрела новые качества — и крепко сжал в кулаке, чувствуя, как призрак растворяется, вливается к нему под кожу, как от него не остается и следа.

Что ж, Ломтев знал, что этот момент наступит. Если на первых порах от старого князя и его советов было все же больше пользы, чем вреда, сейчас эта польза иссякла, и ничего, кроме раздражения, призрак у Ломтева не вызывал.