Синяя лилия, лилия Блу [litres с оптимизированной обложкой]

«То есть, – подумал Ганси, – мы предполагаем, что цели Кабесуотера совпадают с нашими». Вслух он произнес:

– Мы найдем другой вход. Который позволит нам оказаться на той стороне пропасти. Поскольку это не обычная пещера – она вся связана с силовой линией – может быть, Мэлори что-нибудь придумает.

Ему не верилось, что Мэлори и правда здесь. Он почти год общался с профессором – в норме Ганси никогда не оставался так долго на одном месте. Тогда ему начало казаться, что всю жизнь он только и будет заниматься поисками. И теперь он смотрел в сужавшуюся могилу, и где-то там, в необъятной черноте, скрывался Глендауэр – и конец пути.

Ганси чувствовал себя выбитым из колеи; время нервно неслось вперед, словно его перематывали.

В зеркальце заднего вида он случайно перехватил взгляд Блу. Как ни странно, на ее лице Ганси увидел отражение собственных чувств – волнение, возбуждение и испуг. Убедившись, что Адам еще спит, Ганси осторожно, чтобы не заметил Ронан, свесил руку между дверцей и водительским сиденьем ладонью вверх и вытянул пальцы в сторону Блу.

Это было запрещено.

И Ганси это знал – он сам установил правила. Он не позволил бы себе выбирать любимчика между Ронаном и Адамом; с Блу тоже нельзя было играть в эту игру. Он подумал: она не заметит его движения. И проигнорирует, даже если заметит. Сердце у Ганси пело.

Блу коснулась кончиков его пальцев.

Слегка.

Он легонько сжал пальцы девушки, всего на секунду, а потом убрал руку и вновь положил ее на руль. В груди у него сделалось тепло.

Это было запрещено.

Ронан ничего не видел, Адам по-прежнему спал. Пострадал только пульс.

– Вот наш терминал, урод! – рявкнул Ронан.

Ганси принялся торопливо рулить. Адам заморгал, просыпаясь. Ронан выругался. Ганси почувствовал, как сердце перезапустилось.

«Следи за дорогой».

Профессор Мэлори не ждал их за дверью терминала, как они договаривались, и не отвечал на звонки. Наконец они обнаружили его возле багажной ленты, в обществе какой-то болтливой компании, груды чемоданов и недовольной служебной собаки в жилете. Мэлори выглядел именно так, как помнил Ганси. В его облике было нечто черепашье. Второй подбородок ждал своей очереди; нос и уши казались вырезанными, как попало, из резины; круглые мешочки под глазами идеально соответствовали круглым темным бровям. Вид у профессора был озадаченный.

– Мистер Мэлори! – радостно воскликнул Ганси.

– Господи, какой он старый, – негромко произнес Ронан.

Адам пихнул его, избавляя Ганси от хлопот.

– Ганси, – сказал Мэлори, пожимая ему руку, – какое счастье.

– Простите, что заставил вас ждать… я звонил!

– Чертов телефон. Не аккумулятор, а хлам. Это просто какой-то заговор – продавать людям барахло. Наверно, сговорились поставщики сердечных лекарств. А что, в самолетах всегда так? Столько народу?