Каменное сердце [= Камни вместо сердец][Heartstone]
- Автор: Сэнсом Кристофер Джон
- Серия: Мэтью Шардлейк #5
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Азбука-Аттикус
- ISBN: 978-5-389-20131-6
- Переводчик: Юрий Ростиславович Соколов
- Жанр: Исторические детективы
Электронная книга - «Каменное сердце [= Камни вместо сердец][Heartstone]». Краткое содержание книги:
В мире литературных героев и в сознании сегодняшнего читателя образ Мэтью Шардлейка занимает почетное место в ряду с такими известными персонажами, как Шерлок Холмс, Эркюль Пуаро, Ниро Вулф и комиссар Мегрэ.
© Ю. Р. Соколов, перевод, 2015
© Издание на русском языке, оформление.
ООО «Издательская Группа „Азбука-Аттику с“», 2021 Издательство АЗБУКА®
Когда мой клиент вышел из лечебницы, мисс Феттиплейс попросила меня изредка посещать ее и приносить вести из внешнего мира, так как она не имела возможности узнавать их. Я знал, что бедняжку никто не навещает, и согласился на том условии, что Эллен позволит мне вывести ее наружу. С тех пор я опробовал много стратегий, умоляя эту женщину сделать всего один шаг за порог через открытую дверь, притом что мы с Бараком будем поддерживать ее под обе руки, притом что она может сделать это с закрытыми глазами… Однако Эллен сопротивлялась и упиралась с хитростью и упрямством еще большими, чем мои собственные.
Постепенно она стала пользоваться этой хитростью, единственным своим оружием во враждебном мире, и для иных целей. Изначально я обещал посещать ее только «время от времени», однако она с ловкостью записного адвоката обратила эту фразу к собственной пользе. Сперва мисс Феттиплейс уговорила меня приходить к ней раз в месяц, потом — каждые три недели, ибо она изголодалась по новостям, а потом, наконец, срок сократился до двух недель. Если я пропускал визит, то получал известие о том, что Эллен заболела, но всякий раз, поспешив в больницу, неизменно обнаруживал, что она блаженно сидит у огня после внезапного выздоровления, утешая какого-нибудь взбудораженного страдальца. А в последние несколько месяцев до меня вдруг дошло, что ситуацию усугубляет еще один нюанс, который мне следовало бы распознать ранее: Эллен влюбилась в меня.
Люди представляют себе Бедлам этакой мрачной крепостью, в которой безумцы, стеная и звеня цепями, сидят за решетками. Действительно, некоторых там и вправду приковывают цепями, да и стонут тоже многие, однако внутри этого сложенного из серого камня невысокого и длинного строения достаточно уютно. Войдя на территорию лечебницы, сперва попадаешь на просторный двор. В тот день он оказался совершенно пустым, если не считать высокого и худого мужчины в покрытом пятнами сером дублете. Он ходил по кругу вдоль стен двора, не поднимая глаз от земли и торопливо шевеля губами. Должно быть, новый пациент, возможно, человек со средствами, разум которого помутился, а у родственников хватило денег отправить его сюда, чтобы не путался под ногами.
Я постучал в дверь. Мне открыл один из смотрителей по имени Хоб Гибонс, на поясе которого брякала внушительная связка ключей. Коренастый и плотный в свои пять с лишним десятков лет, Гибонс был не более чем тюремщиком. Он не интересовался пациентами, с которыми особо не церемонился, но я умел противостоять и его равнодушию, и жестокости Эдвина Шоумса, главного смотрителя Бедлама. А еще Хоба можно было подкупить. Увидев меня, он осклабился в сардонической улыбке, показав серые зубы.
— Как там Эллен? — спросил я.
— Весела, как ягненок весной, сэр… с той поры как вы известили ее о том, что приедете. Ну а до того считала, что подхватила эту самую хворь… как ее… лихорадку. Шоумс уже гневался, глядя на то, как Эллен потеет — а она по-настоящему потела! — решив, что нас закроют на карантин. И тут приносят вашу записку, а через какой-то час ей уже стало лучше. Я бы назвал это чудом — если бы нынешняя церковь разрешала чудеса.
Я вошел внутрь. Даже в этот жаркий летний день в Бедламе было сыро. Налево за полуоткрытой дверью находилась гостиная, в которой за исцарапанным столом играли в кости несколько пациентов. В углу на табуретке, крепко сжимая пальцами деревянную куколку, тихо плакала женщина средних лет. Прочие пациенты не обращали на нее внимания: здесь быстро привыкаешь к подобным вещам. Справа начинался длинный каменный коридор, в который выходили палаты пациентов. Кто-то стучал в одну из дверей изнутри.
— Выпустите меня! — повторял мужской голос.
— А главный смотритель Шоумс у себя? — негромко спросил я у Хоба.
— Нет. Он отправился к попечителю Метвису.