Сочинения в четырех томах. Том 3

— Она говорит, что согласна, Тай. Все в порядке. Вернешься домой в субботу?

— Да, милая. До вечера.

— Хорошо.

— До вечера. — По ее голосу я почувствовал, что она улыбается.

— Пока, Тай. До вечера.

На всем остальном пути к конюшням Нортона Фокса я мучился угрызениями совести, сожалея о содеянном. И зная, что встречу с Гейл отменять не буду. У самого Беркшира у меня чудовищно разболелась голова.

Нортон Фокс с любопытством заглянул в прицеп, припаркованный на частной стоянке возле его дома.

— Так это и есть знаменитый Тиддли Пом… Да, нельзя сказать, что в этом ракурсе он производит сильное впечатление.

— И не только в этом, — кивнул я. — Спасибо, что согласились принять его.

— Всегда рад помочь. Поставлю его в стойло рядом с Зигзагом. Тогда Сэнди Виллис сможет присматривать сразу за обоими.

— Надеюсь, вы не сказали ей, кто он? — озабоченно спросил я.

— Конечно, нет. — Он снисходительно улыбнулся. — Купил недавно в Кенте иноходца… Пока еще не забрал. Сэнди и другие ребята будут думать, что это он и есть.

— Прекрасно.

— Пойду скажу старшему конюху, чтобы он отвел машину во двор и занялся разгрузкой. Вы говорили по телефону, что хотите остаться незамеченным… Зайдите в дом на чашку чаю.

Я опрометчиво согласился, с запозданием вспомнив почти черного цвета чай, которым меня угощали в первый раз.

— Ну вот, опять то же самое, — пожаловался Нортон. — Моя домоправительница чудовищно экономна, ее невозможно заставить приготовить по-настоящему крепкий чай.

— Фотографы из «Тэлли» были у вас? — спросил я, когда он налил себе чашку и уселся напротив.

Он кивнул.

— Сделали кучу снимков Сэнди Виллис, чем привели ее в полное смятение.

Он предложил мне половину довольно черствого на вид фруктового торта и, когда я отказался, сам откусил огромный кусок.

— Эта ваша статья в воскресном номере, — выдавил он, набив рот смородиной, — должна произвести кое-где впечатление разорвавшейся бомбы.

— Хм… Надеюсь.

— Краткий… мой чемпион по скачкам с препятствиями… Он ведь был одним из тех нестартеров. Это ясно. Хоть вы и не назвали его прямо.

— Да, это он.

— Тай, а вы узнали, почему Дембли снял свою лошадь и потом вообще бросил заниматься этим делом?

— Я не имею права говорить об этом, Нортон.

Склонив голову, он выслушал ответ и кивнул, удовлетворенный.

— Что ж, когда-нибудь потом скажете.

Я улыбнулся.

— Только в том случае, если с рэкетом будет покончено.

— А вы не сворачивайте с дороги, так оно и будет. Если и дальше разоблачать их перед публикой, в предварительные ставки перестанут верить, и мы перейдем на американскую систему, где все деньги поступают только в день скачек, ни минутой раньше. У них ведь это делается именно так?