Оленья кавалерия или смерть от кота своего...
- Автор: Волынец Алексей Николаевич
- Год: 2020
- Язык: русский
- Год: АТ
- Жанр: Другие документальные фильмы
Электронная книга - «Оленья кавалерия или смерть от кота своего...». Краткое содержание книги:
От автора:
Ранее часть глав была опубликована в журнале «Профиль» и на страницах электронных СМИ «Русская планета» и DV.land.
Поскольку дело было важное, то быстро выяснили что Семён, это абориген, бывший «пятидесятника Микифора Мартемьянова дворовой человек», успевший не только креститься, но и научиться пользоваться ружьём и даже, как видим, материться не без успеха.
Ещё одна яркая деталь, характерная для эпохи русских первопроходцев — это широкое участие в их отрядах… нерусских. Нерусских вольных и невольных союзников.
Например, в походных войсках Красноярского острога XVII века всегда 30–40 % оставляют «подгородние татары» (местные племена «аринцев», «ястынцев» и «качинцев» — первые два это кеты, а третьи это хакасы).
Так же, например, уже позднее, в начале XVIII века, в воюющих с чукчами русских отрядах от трети до большинства постоянно составляют якуты, юкагиры, коряки…
Но на «сибирской службе» русских царей не только местные аборигены. Как пример: в 1684 году на Енисее среди 43 «детей боярских» как минимум 15 (свыше трети!) имеют «польское» происхождение. «Польское» беру в кавычки, потому что это не столько поляки, сколько «литвины» — как в XVII века в Сибири именовали всех пленных из Речи Посполитой, в основном с территории современных Белоруссии и Украины. Эти военнопленные, оказавшись за много тысяч вёрст к Востоку, начинали вполне верой и правдой служить русскому царю. Многие оседали в сибирских острогах, заводили семьи, и их потомки становились уже вполне русскими «детьми боярскими» и «служилыми казаками».
Более того, в сибирских острогах XVII века на русской службе замечен даже один почти настоящий француз — франкоязычный выходец из Брабанта! В документах тех лет он именуется «Савва Француженин». В Москву попал в качестве дипкурьера от Морица Оранского где — то около 1610 года. В самый разгар Смуты «француженин» по неизвестным нам причинам задержался на Руси, а в 1615 году, опять же по неизвестным причинам, был сослан в Сибирь.
Ссылка его, правда, была вполне выгодной для государства — «француженин» явно был толковым командиром, к тому же грамотным (хотя и только по — французски, все свои челобитные из Сибири в Москву писал именно на этом языке). Поэтому в ссылке его записали в «дети боярские» Тобольска и положили пличное жалование — 17 рублей в год (минимум в 3 раза больше обычного оклада рядового «служилого» в Сибири).
У «француженина» спустя полтора десятилетия сибирской службы был конфликт с тобольским воеводой, похоже связанный с поиском драгметаллов в Сибири. В 1638 году Савва из Брабанта числился на службе в Кузнецком остроге (ныне г. Новокузнецк Кемеровской обл.)
К счастью историки — профессионалы до сих пор выкапывают перлы из архивных дел эпохи первопроходцев XVII века:
«Фетка Василив Пизда на тое бою был и тебе, государю, служил, бился явственно…»
«Данилко Федосиев государю служил, бился явственно, на бою ранен в муде…»
«Ссыльной человек Ивашка Жидовин, сидит в тюрьме в татинном деле, что он с государевым пашенным крестьянином Силкою Семеновум крал лав у пешего казака у Ивашка Мыльника, и в той татьбе Ивашка Жидовин пытан один некрепко, а с пытки в той татьбе винился, а в иных татьбах не винился…»
«В роспросе поп Леонтей сказал: говорил де я Власу Старкову, мы де к тебе придем со крестом Христа славить, и он де Влас противо тово говорил мне, а я де иду противо креста с таиными уды, и в тое де поры ему, Власу, пятидесятник Микифор Смирного говорил, лутче бы де ты, Влас, уста свои калом замазал, а не ж бы ты такие непристоиные речи говорил…»
P.S. «Бився явственно» — это, кстати, стандартная формулировка в документах XVII века о непосредственном участии в бою. Ну а если нам известен первопроходец Пянда (первооткрыватель реки Лены), то отчего б и Пизде не быть… Ну а в последней цитате лихой первопроходец Влас Старков естественно крыл попа со крестом не «таинными уды», а матом, наверняка всем нам известным — подозреваю, там было нечто в стиле «на х…ю вертел». Впрочем, едва ли Влас был воинствующим атеистом, скорее просто был лихим и пьяным.
Всё же как колоритен русский язык XVII века. Вот просто несколько кусков, произвольно надёрганных из документов первопроходцев конца того столетия и самого начала петровских времён:
«Им дело заобыклое и здешние порядки в достаток знают».
«А естли умирять их войною, надобно к Анадырскимъ служилымъ и промышленнымъ людемъ и къ ясачнымъ Юкагирямъ въ прибавку 50 человекъ добрыхъ, къ воинскому делу заобыклыхъ».