Вся пани Иоанна. Том 1 [компиляция]

— А вес? — запротестовал полковник. — Во всех заездах надо было бы поставить только старых арабских лошадей.

— ., ничего подобного, совсем не Репа, ломжинскую мафию посадили и всех букмекеров, — говорил кто-то за барьером. — Дерчик для них был все равно что соринка в глазу.

— Какая мафия, никакая не мафия, только вице-министр внешней торговли! Оказывается, он их держал в кулаке, это же афёра в высших кругах…

— Сельского хозяйства, а не внешней торговли! Старый директор сел…

— Совсем не сел, наоборот, он главным свидетелем будет!

— А ну вас, бабушка вилами по воде писала! Они взятки брали у этих ломжинских и все, от букмекеров тоже, и вовсе не в министерстве, а в МВД…

— МВД уже нет!

— Ну, что-то же такое там есть, назови хоть горшком, хоть ухватом, но ведь исполнительная власть осталась? Или нет?

— ..да, была мафия, но старая мафия, партийно-милицейская, и они потихоньку тут правили…

— ..техническая комиссия, говорю вам! Какое там ставили, зачем им было ставить, они наличные выдаивали прямо из тех…

— Так почему они не сели?

— Откупились…

— Сами понимаете, почему Гонората хочет получить непосредственные сведения, плохие ли, хорошие, но настоящие. В министерстве аж все трясётся и никто ничего не знает…

Я подумала, что до завтра выяснится и все остальное, и согласилась принять приглашение. К тому же некоторые вопросы Метя знал получше, чем вся полиция вместе взятая, и я могла из этого извлечь личную выгоду. Мария призналась, что кое-что она слыхала от Вальдемара, который услышал что-то от Куявского, который полиции всего этого вовсе не сказал. Теперь не время обсуждать такие вопросы, потому что она по ошибке опять поставила не тот триплет, но завтра — Бога ради.

— Может, сегодня ещё они будут ездить по-честному, — выдвинул предположение полковник. — Все переполошились, поэтому не станут хитрить, а вот в субботу уже ничего не известно. Давайте воспользуемся случаем.

— А вы почём знаете, что они поедут по-честному, раз до сей поры они придерживали все, что бегает?

— Когда Глебовский этих коней записывал, ещё же ничего не было известно, — обратила моё внимание Мария. — Ты триплет Глебовского будешь ставить?

— У меня два таких триплета.

— Каких два?

— Как это каких? Четыре лошади, на которых ставлю в разных комбинациях. Третья, четвёртая, пятая и шестая. Я что, дух святой, чтобы знать, кого он предназначил в победители?

— Вот холера! Ты серьёзно? А я их пролопоушила… Погоди, а в третьем? Сейчас? Тут у нас что?

— Симфония, тройка, в паддоке она себя положительно зарекомендовала.

— Звонок был?!

— Был, уже все. А ты на неё не поставила?

— Нет, говорю тебе, я же прошляпила все. Я только с четвёртого заезда начинаю с подсказок Глебовского!

— И у тебя три его комбинации?

— Да, но не только. А Метя вообще его выбросил…

— Какой ещё Глебовский, в четвёртом придёт Чипе! — решительно вмешался Метя. — Давай, Чипсик!