Ваниль для попаданки

Выросший при дворе, Эшери мгновенно прочитал все эти нюансы и в который раз подивился: что бы не происходило, хоть небо падай, а его секретарь соблюдает все тонкости придворного протокола так, словно за ним наблюдает, по меньшей мере, сам Император.

— Не надоело выпендриваться? — хмуро спросил он.

— Нет. Мне же нетрудно, — пожав плечами, Дик запрыгнул в карету, захлопнул за собой дверцу, и крикнул — Вперед, Лонгери!

Карета покатила.

Мужчины осматривали друг друга. Ночное происшествие не оставило на них никаких следов, костюмы у обоих были безупречны, в той мере, в какой удается сохранить безупречность течение напряженного дня.

Никто бы не заподозрил, что всего одну короткую клепсидру назад, они сожгли заживо почти три десятка человек.

— Ты как? Блевать не тянет?

— Нормально. Но жареное мясо в трактире в ближайшие дни заказывать точно не буду, — прислушиваясь к себе, отозвался Дик. — Не волнуйся за меня, Эшери, я такое уже видел и тогда тоже выжил. Эти, по крайней мере, не были невинными мирными жителями.

— Некоторые считают глупость невинностью ума, — зло отозвался Кот.

— Некоторые считают девственность синонимом чести и гарантией верности, — в тон ему заметил Нэш, — Представляешь?

— С трудом, — сознался Кот. Посмотрел на мальчишку и покачал головой, — Откуда ты взялся, такой циничный?

— Просто родился у мамы с папой. Ничего загадочного и эпичного. Ты мне лучше скажи, этот небом ударенный Капюшон и в самом деле думал, что он будет стоять, молиться, блокировать нашу магию пока нас будут убивать, а мы и не трепыхнемся, потому что он Его Святость — и на этом основании неприкосновенен?

— Похоже на то. Жрецы совсем берега потеряли. Одно из двух: либо этот, конкретный, был полным и отмороженным фанатиком, либо в Храме происходит что-то, о чем мы не знаем. А должны.

— Я надеюсь на первое, — задумчиво проговорил Нэш, — но, доведись играть, поставил бы на второе.

Колеса снова застучали по булыжнику. Карета въезжала во двор тюрьмы.

Смотритель тюрьмы встретил их на пороге и повел вглубь, то и дело прерываясь на поклоны и жалобы о своей нелегкой доле и заверения в своей нерушимой верности Империи и Императору.

И если в первое верилось с трудом — содержалась тюрьма вполне прилично и на жаловании служащих Рамер не экономил, то во втором Кот ничуть не сомневался. Нынешний смотритель родом был из среднего сословия, дворянство имел жалованное и при нынешней власти блаженствовал, как кот в погребе, у кринки со сливками. А при смене ветра — кто знает?

— Мы хотим прямо сейчас увидеть и допросить Винкера, это возможно? — перебил Кот.

— Увидеть — безусловно да, мой Герцог, — очередная серия поклонов… И как этот невысокий, полноватый человек умудрялся одновременно семенить, говорить и кланяться? Вот это да — магия, а шары кидать так — спорт.

— А допросить? — намеки Эшери всегда ловил налету.