Битва за Кавказ

Приняв, историей врученный, Побед и славы знатный груз, Прошли, тропой непроторенной, Германцы на седой Эльбрус. Прорвали цепи обороны. Был зной, и с кровью слился пот. Стрельба затихла. Смолкли стоны. Солдаты двинулись вперед. Отряд отважных альпинистов Поход суровый завершил. В долинах разметалось лето, А здесь — метелей вой и свист… Метеорологи советов Без боя тотчас же сдались. И вот среди снегов и ветра, Преодолев ущелий мрак, На высоте в шесть тысяч метров, Германский гордо реет флаг[392].

Тут, конечно, есть некоторые поэтически-пропагандистские неточности. Метеорологи как раз ушли вместе с советским отрядом, оборонявшим «Приют одиннадцати», а сдались трое красноармейцев из этого отряда. Как вспоминает Александр Михайлович Гусев, на метеорологической станции «в то время находились начальник станции А. Ковалев, его жена — метеоролог З. Ковалева и радист Я. Кучеренко… Рано утром 17 августа они увидели поднимавшихся со стороны „Старого Кругозора“ нескольких наших бойцов. Это была группа разведки. Около 10 часов, когда зимовщики и разведчики расположились позавтракать на скалах у станции, они заметили, что с перевала Хотю-тау движется колонна вражеских солдат. Часть из них направилась к „Старому Кругозору“, другая — к „Приюту Одиннадцати“. Когда егеря скрылись за ближайшим склоном, метеорологи и бойцы, учитывая неравенство сил, решили спуститься в Баксанское ущелье, захватив с собой наиболее ценное оборудование. Их союзниками оказались облака, прикрывшие склоны. Люди вошли в облака и двинулись вниз, в обход „Старого Кругозора“, не замеченные егерями»[393]. И никакого боя за приют вообще не было. Явным поэтическим преувеличением являются слова о том, что германские горные стрелки прошли «тропой непроторенной». Ранее по этому маршруту уже успели пройти тысячи альпинистов.