Флот судного дня [litres]

Тут наша не слишком приятная беседа с господином Зеффом временно перешла в режим паузы. Удар, тяжелый, пронизывающий недра суперкорабля скрежет, резкий крен, переходящий в переворот. Мы с собеседником покатились, шмякаясь о поверхности, полетели, ловя телом другие летающие предметы. Волна-убийца, порожденная выбросом субмаринных вод, опрокинула «Батавию».

Палуба и подволока окончательно поменялись местами, корабль был сейчас килем вверх; боль из моего разбитого тела плескалась во все стороны.

– Эй, Зефф, ты живой, не раскололась твоя полная чудных замыслов голова? – спросил я, когда выхаркнул кровь от полопавшихся в носоглотке сосудов и осознал, что позвоночник не сломан.

– Я в порядке. И смываюсь на ракетной капсуле. Если на других кораблях ситуация не ахти, то будет произведена эвакуация на орбитальный «Олимпус». Большая часть модулей жизнедеятельности там уже смонтирована и подключена к источникам энергии.

Судя по инерции, перевернувшийся корабль с дифферентом на корму уходил вниз. И, судя по нарастающему гулу и вибрации, вода сейчас радостно затопляла внутренние помещения «Батавии».

– Ну, что, спасайся, свинорылый, если сможешь. Только ты не сможешь. Эта спасательная капсула рассчитана и на подводный старт. Но сработает она только, когда в кабине будет один человек. И этот человек – я, – прошипел Зефф. – Хотя и несколько больше, чем человек. Действительно, философский вопрос, кто теперь я. А ты сдохнешь тут вместе с Мануэлом.

– Торопишься, дядя! – Из трещины в груди у ворвавшегося в помещение Мана что-то рвется и лезет наружу. Зефф срывает с переборки шланг и направляет струю жидкого азота на племянника.

Я, бросившись на выручку парню, вырываю шланг из рук Зеффа, но вблизи возникает Сато. Самурай оправился и готов принять смерть за своего хозяина-даймё. Ну, почему такие поступки называются не холуйством, а проявлением бусидо? На сей раз в руках повара-самурая длинный кухонный нож, заточенный до атомарного предела, вполне способный сыграть роль вакидзаси и выпустить мне потроха. Я направляю шланг, брызжущий жидким азотом, в рот Сато, кричащий «Хэйка банзай». Весь остаток жидкости на него израсходовал. Сато застывает и валится, его замороженная голова бьется обо что-то и от нее отлетает нижняя челюсть и левый глаз.

Но застыл и Ман. Из него, как из приоткрывшегося чемодана, выглядывает замерзшее нечто – у существа раздвоенная челюсть, наполовину выснулся остроконечный хоботок.

– Это теперь не развратный подросток, а ооциста. Кажется, я окончательно удостоверился, откуда веял ветер неприятностей – от этого Питера Пэна, который наверняка унаследовал свою пакостность от Джейкоба Треснувшей Головы. Мануэл направил тебя на «Батавию», а «Батавию» подогнал к тебе поближе, зная, что твои деймы смогут модифицировать деймов проекта «Мировой змей». Жаль, что я не ополоснул его жидким азотом раньше.