Однажды замужем

Я спокойно вышла проходным двором на соседнюю улицу.

Ну вот, теперь мокрую шапку можно в сумку спрятать, а на голову капюшон от куртки натянуть. Я же не такая дура, чтобы по собственной воле менингит себе наживать.

Не успела завернуть за угол, как услышала сзади чье-то сопение.

— Вовка? — спросила, не оборачиваясь. — Опять у дома караулил?

Сопение стало более сосредоточенным. Вовка думал. Но сказать так ничего и не сказал. Молча потянул с моего плеча сумку — Вовка Беликов был моим портфеленосцем. У всех наших девчонок есть свой «рыцарь», но, в отличие от всех, я Вовку не выбирала: он сам ко мне прилип. Мне ведь все равно кто, мне они все до лампочки. А этот хоть молчит. Сопит, правда, чересчур громко. По этому сопению мать безошибочно его определяет, когда он наберет мой номер и молчит в трубку. Вообще Белик очень смешной. И фамилия у него словно специально подобрана: лицо у Вовки белое-пребелое, будто мелом намазано. Вон даже на морозе не покраснело. Уши покраснели, а лицо — нет. Эти красные уши оттопыриваются, как два алых крыла по обе стороны абсолютно белого лица. Вообще-то, Белик здорово научился использовать все преимущества своих торчащих ушей: поношенная кроличья шапка, перешедшая к нему, по всей вероятности, с родительской головы, чувствует себя уверенно и прочно, как всадник в седле, и не сползает на нос. Так что Вовка может даже видеть.

Белик мечтает стать мотогонщиком: видно, хочет сделать мне приятное. «Зря, — говорю ему, — научишься лишь попусту рисковать жизнью. Иди лучше в бокс. Там хоть учат сдачу давать». Но Белик не слушается. Сама я хожу в секцию фехтования. Там тоже дают сдачу: «Шаг! Выпад!»

Но в основном я терплю Вовку за то, что он не предатель. Не то что близнячки Ширяевы. Если класс решит: «Контрольную не сдаем» — или: «Айда с физкультуры на мультяшки», Шири ни за что не поддержат. «Мы не будем!» — пропищат дружным дуэтом. Еще пойдут к нашей химозе и наябедничают.

А Белик — нет. Вот и сейчас: ведь видел, куда я побежала, а матери не сказал, не выдал. На него можно положиться.

Вот возьму и скажу ему, какой он надежный, какой замечательный человек. Пусть знает, что порядочность тоже иногда ценится в этом мире. И надо сказать именно сейчас. Потом может быть поздно. Я-то знаю, что такое запоздалая информация…

…Серый зимний день. Уныло завывает ветер в оконных щелях. Мы с матерью работаем за одним столом: я над уроками, она над проектом.

— Ма, папа скоро придет?

Отца нет целую вечность.

— Не знаю. Он на сборах, — объяснила мать.

И вдруг чувствую, как кто-то вставляет ключ в замок. Срываюсь с места, бегу в коридор: так и есть — отец!

— Папка! Папка! Наконец-то!

Отец хватает меня, подбрасывает под потолок, ловит. Я запоздало взвизгиваю, хватаясь обеими руками за его волосы.