Камень. Книга 8

— Господин Зверь, клиент готов к употреблению, — произнес рывком поднявшийся на ноги Алексей глубоким, пробирающим до мурашек голосом. — Кто проведет допрос?

Участвующим в операции и так было не по себе последнюю пару минут от всех этих волн силы, расходящихся кругами от Романова и Кузьмина. Особенно доставалось двум великим князьям, держащим швейцарца за плечи, но они стоически терпели.

— Господин Атлант проведет допрос, — ответил напрягшийся Белобородов и щелкнул пальцами, указывая морякам, чтобы те помогли подойти к так и продолжавшему сидеть на клумбе Нарышкину, имевшему озвученный позывной.

— Не торопитесь, господин Атлант, — улыбнулся Алексей, продолжая говорить все тем же глубоким голосом, — спешить нам некуда, ситуация под нашим полным контролем. Господин Зверь, распорядитесь, чтобы среди вещей коллег господина Атланта нашли заветную видеокамеру и проверили ее работоспособность. — И снова щелчок пальцами. — А пока коллеги возятся с камерой, господин Зверь, наберите-ка французов, пусть нам микроавтобус оперативно подгонят. — Заметив нерешительность Белобородова, Алексей усмехнулся. — Наша сухопутная группа не способна самостоятельно передвигаться, даже за руль некого посадить, а на катер их тащить считаю нецелесообразным.

Белобородов кивнул, достал телефон и отошел в сторонку, а моряки уже ставили перед кое-как устроившимся на брусчатке Нарышкиным камеру на треноге.

— Итак, господа, начнем, помолясь! Камера! Мотор! Поехали!

Допрос длился больше десяти минут, швейцарец отвечал на поставленные вопросы охотно и обстоятельно, но в его голосе чувствовалось что-то механическое, а отсутствие хоть тени эмоций создавало у окружающих ощущение присутствия на сеансе у чревовещателя. Помог Церинген разобраться и со своим ноутбуком, который теперь бережно прижимал к груди Нарышкин.

— Мы закончили, Камень, — сообщил наконец он. — Господин Церинген с лихвой компенсировал тот ущерб, который он нанес Российской империи.