Камень. Книга 8

— Чудная у меня бабушка, не так ли, Людмила Александровна? — не удержался от ухмылки я.

— Что есть, то есть, — продолжала улыбаться валькирия. — Кроме того, от государыни были получены инструкции в отношении девицы Панцулаи и ее романтических отношений с младшим Гогенцоллерном… Мне показалось, что вам, Алексей Александрович, это следует знать.

Похоже, бабка забыла упомянуть, что я в курсе.

— Не боитесь, что я вас бабушке сдам, Людмила Александровна?

— Не боюсь, — валькирия посерьезнела. — Всегда могу сказать, что оперативная обстановка была такова, что я просто обязана была сообщить.

— А если бабушка прикажет Кузьмину или кому-нибудь из «Тайги» вас поспрошать?

— Вы же меня защитите, Алексей Александрович, как тогда с Петровыми? — она хитро улыбнулась. — И в крайнем случае сделаете так, что меня переведут в охрану Лизоньки?

— Людмила Александровна, — вздохнул я, — а не рановато ли вы на меня ставку начали делать?

— В самый раз, — отмахнулась валькирия. — Вон на Михеева посмотрите, он уже давно ваш с потрохами, как и все его дворцовые, и не только его…. Да и Коля с Сашей Романовы за вас хоть в огонь, хоть в воду.

— Так, Людмила Александровна, во-первых, про Панцулаю я был в курсе, так что можете не переживать, а во-вторых, считаю этот разговор совершенно беспредметным. Ваше же предложение дружбы принимаю с благодарностью, ценю и обещаю ответить полной взаимностью. Такой ответ вас удовлетворит?

— Более чем, — с довольным видом кивнула она.