Вьетнамские каникулы, или Записки дауншифтера
- Автор: Кирсанов Герман Иванович
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: SelfPub.ru
- Жанр: Остросюжетные любовные романы
Электронная книга - «Вьетнамские каникулы, или Записки дауншифтера». Краткое содержание книги:
Содержит нецензурную брань.
– Сколько время? – произнес я, ужасаясь, от того, что так бездарно провел время, которого и так не осталось.
– Два часа.
– А чего ты меня не разбудила?
– Ты же устал.
– Прошлую ночь я почти не спал, а днем отдохнуть не получилось из-за банкета. Извини, – произнес я, пытаясь реабилитироваться.
– Я все понимаю, – как обычно спокойно сказала Аня, – может, выпьем?
– Не хочу, ты, если хочешь, пей.
– Тогда я тоже не буду.
– Ты единственная женщина, с которой мне было хорошо, – начал я, – может, конечно, мне кажется, но первый раз за свою жизнь я абсолютно счастлив.
– Гера! Это всего лишь курортный роман. Не принимай это все близко к сердцу!
– Приезжай сюда насовсем! Давай жить вместе! Найдем тебе работу, а не хочешь работать, загорай целыми днями на пляже!
– У меня в «Южном» двое взрослых детей и муж! Я рано вышла замуж. Мне с тобой хорошо, но мою жизнь уже не изменить. В России дом, работа, родители. Я не могу все разом бросить, да и не хочу. Тебе нужно просто смириться с этим положением дел. Хочешь, я через год приеду, и мы опять будем вместе целый месяц?
– Хочу! Но я хочу, чтоб ты была все время рядом, – сказал я с интонацией ребенка, у которого забирают любимую игрушку.
Аня никогда не говорила о своей личной жизни. Двое взрослых детей – это конечно был аргумент, очень веский аргумент.
– Извини. Настроение чего-то пропало. Наверно мне лучше поехать домой, – произнес я в полной растерянности.
Аня сидела на кровати и молчала. Да, собственно, о чем было говорить? Она подготовила мне прощальный вечер, а я все испортил. Конечно, у такой красивой женщины должны быть дети, должна быть семья. А чего я хотел? Надеялся на ее одиночество? Возможно, ее моральный облик шел в разрез с аристократическими манерами. Ну что? Не мне её судить. Да, это просто курортный роман, который просто заканчивается. И не надо из этого делать трагедии. Головой я все понимал, но расстройству моему не было предела. Очередная женщина уходила из моей жизни.
Встав с кровати, я взял сумку и направился к двери. Мне очень хотелось, чтоб Аня остановила меня, но этого не последовало. Она сохраняла «олимпийское» спокойствие, не показывая никаких эмоций.
На следующий день, вместо того, чтобы пить водку и пускать слюни, я начал писать. Удивительно, но очередной разрыв подействовал на меня как психостимулятор. Голова заработала с невиданной силой. Все свободное время я проводил возле компьютера. От монитора глаза болели, но я был не в силах остановиться. Меня творчески «прорвало». Я старался не упустить ни одно событие последних лет, начиная от встречи с Аленой, до расставания с Аней.
После двух месяцев ежедневных трудов, у меня был почти готов четырехсот страничный роман о приключениях и любви.
Говорят, незаконченную работу никому не показывают, но мне после лестной рецензии Ани, очень хотелось дать кому-нибудь почитать хотя бы главу моей писанины. Большинство друзей, в той или иной степени, были участниками будущей книги, и поэтому их мнение могло быть необъективным. Перебрав всех своих знакомых, я почему-то решил, что мой новый начальник Роман Сергеевич идеальный цензор и критик. В конце очередного письма-отчета я попросил его написать отзыв на несколько глав из моей будущей книги. Ответ пришел быстро. Желание творить моментально пропало. В рецензии босс не щадил мое детище, оборачивая острые углы в мягкие материи общих фраз:
«Привет! Прочитал. Ты знаешь слабо. Временами ничего, но по большому счету, тебе нужно подучиться. Ты же знаешь мое отношение к современной литературе. Слишком все посредственно и примитивно! Извини за правду. Не хочу тебя обманывать. На гитаре ты играешь, лучше, чем пишешь!».
Мнение одного человека по определению не может объективно. Чтоб составить полную картину, во-первых, нужно прочитать всё произведение, а во-вторых, иметь хотя бы десяток критических замечаний. Но я первую неудачную рецензию воспринял, как приговор и поклялся больше никогда ничего не писать.
Думаю, что у всех литераторов были свои «Романы Сергеевичи», но если бы после первой критики на «Двойника» Достоевский бросил писать, то мир не увидел величайшего писателя.
В моем случае малодушие и тонкая душевная организация не дали довести начатое дело до конца.
Глава 28. Возвращение домой
Прошел месяц. Прилетел Роман Сергеевич. Если мои литературные потуги его не впечатлили, то вот усилия на трудовом фронте очень радовали. После того как наша компания заключила первый контракт с «Русьвьетойл» я получил должность руководителя филиала и жалование, которое в два раза превышало зарплату директора ресторана.