Вся пани Иоанна. Том 1 [компиляция]

— А конюший Репы? Он все клеился к этой Йольке.

— Клеился. Он, должно быть, знал, что на неё собирались напасть, потому что ходил вокруг этой темы, как собака вокруг мясника, и все расспрашивал про плёнку. Йолька сказала ему, что знала о намерениях Дерчика, но не знает, успел ли он эти намерения осуществить, потому что она как раз уехала. Похоже, что конюший ей поверил.

— Может, и не поверил, теперь все равно уже поздно. У вас есть фотографии и блокнот Завейчика… А-а-а! Ведь я как раз тебя и дожидалась из-за блокнота!

Проблем не возникло. Разумеется, блокнот тётке на память отдадут, но только после окончания следствия. В деле останутся ксерокопии. Моника от имени тётки позвонила накануне вечером, и за блокнотом сразу же поехали. Его ещё до конца не расшифровали, но уже видно, что Завейчик напал на след Василя всего лишь пару недель назад. Расшифровкой как раз занимаются двое быстрых и смекалистых сотрудников.

— Предполагаемого убийцу вы все ещё не поймали?

— Конюший Кальрепа в конце концов пойдёт за решётку. Нам уже известно, что убийцу он знает лично, но изо всех сил отпирается. За укрывательство убийцы после совершённого преступления можно здорово ответить, надеюсь, что он испугается и расколется.

— Если только он Василя не больше боится, чем вас… Я вернулась к фотографиям.

— Это некий Збиня, — сказала я— Так его называют. Морда знакомая, а больше я ничего не знаю. То есть, разумеется, знаю, он свой человек у Врублевского и крепко держится за Замечека, кретин полнейший: верит каждому их слову и выигрывает ещё реже меня. Это — Крысь, председатель совета, похоже, он стоит у входа на жокейские ряды, наверное, говорит, что хотел бы поставить, потому как, головой ручаюсь, он никогда и никого не подкупал. Его служебные возможности исключают такие идиотские расходы, в открытую он играть не станет, не годится, но для него может в кассе поставить любой конмальчик. Это Глебовский, разговаривает с лысой макакой, гляди-ка, он ещё тут сшивается… А вот этого я не знаю. Сарновский, Бялас, Ровкович, Скорек, Батька, Бродавский… Жокеи в полном комплекте, а эти…

Взяв лупу, я внимательно рассмотрела фотографию.

— Это тот самый! Погоди-ка, покажи!.. На половине снимков с разными людьми разговаривает этот же самый тип! Что бы это значило? Дерчик, часом, не вылавливал его специально?

— И кто это?

— А мне откуда знать? Я вообще его в первый раз вижу. И снимки эти делались не на ипподроме. Проверьте их любимые шалманы, да ещё клуб в ожаровской пожарной части… Метя! Надо Метю спросить!