Исповедь старого солдата

По пути в детский дом было решено немного отклониться с пути и заехать в Кыштым, по просьбе доктора Михаэля фон Берга, тем более, что председатель Немецкого культурного центра Александр Нахтигаль предварительно связался с собственным корреспондентом газеты «Челябинский рабочий» Виктором Рискиным и просил его выяснить, имеются ли какие-либо материалы в архивах о дедушке Михаэля. Ответ был — есть!

И вот мы сидим в музее и видим в дрожащих руках Михаэля пожелтевшие листки того времени, оригиналы, на которых информация, касающаяся жизни и работы его деда в Кыштыме век тому назад. Заметил: на одном из листов перечислялось, сколько казна Кыштымского горного округа отпускает своему управляющему денег на то, на другое житье-бытье, в том числе на извозчика. И не только в рублях, но и копейках.

В центре города — огромная церковь. Михаэль сосредоточенно молится, поклонившись крестится по-православному. Встает на колени перед иконами, ставит свечи. Общается со священником… Незаметно делаю фотоснимки, стараясь не привлекать их внимание…

Выходим из церкви. Михаэль сосредоточенно молчит и через некоторое время рассказывает:

— Здесь, в этом храме, крестили моих деда и бабушку, здесь они венчались, а потом крестили мою маму. Я родился в Германии, но чувствую, корни мои здесь, на этой земле, в России. Это чувство, пожалуй, выше того чувства, где родился. Вот сейчас могу сказать о том, что снова обрел себя, по-новому. Благодарю Бога, благодарю судьбу, что дали мне возможность посетить и поклониться моей земле, народу, из которого вышли мой дед, бабушка, мама. Сейчас понимаю, как мне всю жизнь не хватало этого, хотя я и немец, но мои корни, моя кровь отсюда. Спасибо всем, спасибо тебе, Виктор, тем, кого я видел в храме. Ваши старые солдаты, ветераны в чем-то напоминают мне моего деда, как русского человека, конечно, другого времени, но я почувствовал их роль в жизни людей, значение своей миссии в спасении народов Европы. Я многое познал в эти дни, и это поможет легче прожить оставшееся время после посещения России, о чем я мечтал последние годы. Я живу встречами со старыми ветеранами, с моим прошлым, хотя вижу и понимаю, как нелегко сейчас народу… Дай мне прийти в себя.

В одном месте дорога проходила через березовый лес, редкий для глаз, кругом одни березы, и Уве Лааш попросил остановиться: вышел из автобуса и углубился в березняк, к березам с длинными тонкими ветвями, опускающимися вниз в ожидании начала весны. Мы тоже вышли нз автобуса и радовались природе, нашему российскоу символу — березке. Мне пришло тогда на память, как граф Игнатьев в книге «50 лет в строю», будучи во Франции, в тяжелые минуты испытаний вспоминал русскую березу…