Черный Принц

Когда Томас Холанд вернулся в Англию, он не стал мириться с потерей жены и немедленно обратился к папе с просьбой рассмотреть это запутанное дело. Папа назначил своим представителем кардинала Робера Адемара, который пришёл к выводу, что претензии сэра Томаса вполне обоснованны. Папской буллой брак Джоанны с графом Солсберийским был расторгнут. Шум вокруг расследования, связанного с этими двумя браками, поднялся изрядный, и даже Эдуард Вудстокский захотел внимательнее рассмотреть его виновницу. Тут-то он и влюбился в Джоанну. Не имея возможности стать её мужем, принц постарался сдружиться с семьёй Холандов, что ему прекрасно удалось: он даже стал крёстным отцом их сыновей Томаса и Джона.

Сорокапятилетний Холанд неожиданно скончался в 1360 году, после чего богатая вдова стала завидной партией для любого, даже самого знатного дворянина христианского мира. Эдуард Вудстокский не стал медлить. Дождавшись окончания траура, он решительно бросился на штурм прекрасной крепости и добился согласия Джоанны. Весной состоялась их помолвка, а в начале лета оруженосец принца Николас Бонд отбыл в Авиньон, чтобы получить у папы необходимое разрешение на брак. Диспенсация[87] была необходима, поскольку Дева Кента приходилась Эдуарду Вудстокскому двоюродной тёткой, а кроме того, он был крёстным её детей и состоял, таким образом, с ней в духовном родстве.

Николас Бонд не встретил никаких трудностей при выполнении своей миссии. Иннокентий VI, как и все прочие авиньонские папы, выступал на стороне французов, а брак принца лишал англичан по крайней мере одного опасного дипломатического оружия. Тем не менее за удачно выполненное поручение принц вознаградил своего посла: «Николасу Бонду, в качестве дара от принца за его расходы по путешествию в Авиньон по делам принца, пребыванию там и возвращению, 100 фунтов»1. Эдуард Вудстокский также распорядился в благодарность папе построить в Нормандской крипте Кентерберийского собора часовни для двух священников с ежегодным содержанием каждого в 40 марок. Ещё он приказал украсить часовню Девы Марии, изобразив на запрестольной перегородке лицо своей любимой Джоанны.

Все необходимые документы, описывавшие историю двух предшествующих браков невесты, вместе с диспенсацией без промедления были направлены Саймону Ислипскому, архиепископу Кентерберийскому. Поскольку брачный договор между принцем Уэльским и графиней Кентской был заключён ещё до получения разрешения от папы, архиепископу пришлось законным образом его расторгнуть и дать молодожёнам полное отпущение грехов, чтобы не возникало никаких препятствий к третьему браку.