Коллектор [ЛП]

— Пожалуйста, не трогайте ее, — умоляет Валери.

Кинкейд наставляет пистолет на Валери.

— Кто, черт возьми, эта цыпочка?

— Моя невеста, — вставляет Макс, пытаясь скрыть, кто она на самом деле.

Кинкейд морщит нос.

— Ты собираешься выйти замуж за мертвого? Это отвратительно, — он снова наставляет пистолет на Чарли, а стоящий за моей спиной коллектор, который, как я теперь понял, Энтони, подносит пистолет к моей голове.

— Спасибо, Кинкейд. Ты мне очень помог.

Ректор берет протянутый Кинкейдом пистолет и кивает, чтобы тот отошел. Затем Ректор притягивает Чарли к себе и крепко сжимает свои губы. Он смотрит на меня, а Чарли крепко зажмуривается.

— Она действительно хорошо выглядит, не так ли? — Ректор толкает ее бедрами, и коллекторы смеются.

— Держись от нее подальше, — рычу я, чувствуя, как жар разливается по моим венам.

Ректор наклоняется к Чарли и шепчет ей на ухо.

— Открой глаза, девочка. Посмотри на Данте. Посмотри на мальчика, которого ты любишь.

Она открывает глаза и видит пистолет, прижатый к моей голове. Ее лицо наполняется страхом.

Ректор делает жест в сторону Кинкейда, который делает шаг вперед и протягивает ему сверток бумаг, которые, как я могу только догадываться, являются контрактом души. Он смотрит на свет души Чарли и ухмыляется, когда видит, как мало его там осталось.

Он прижимается носом к ее щеке.

— Ну же, дитя, попроси еще кое о чем, — он замолкает, размышляя. — А как насчет твоей хромоты? Разве ты не хочешь избавиться от нее?

Слезы продолжают катиться по щекам Чарли, но в ее глазах все еще есть сила духа.

— Не делай этого, Чарли, — говорю я. — Посмотри на меня. Чарли! Посмотри на меня!

Она встречается со мной взглядом.

Ректор кивает в сторону Энтони, коллектор держит пистолет у моей головы и сильнее прижимает его к моему виску. Щелчок раздается возле моего уха, когда он взводит курок.

— Нет, — спокойно отвечает Чарли. — Ты не причинишь ему вреда.

Энтони кладет палец на спусковой крючок и делает вид, что нажимает, и в этот момент я вижу, что уверенность Чарли колеблется.

— Чарли, мне это не повредит, — вру я. — Я бессмертен. Они не могут убить меня.

— Он прав, — говорит Ректор. — Мы не можем убить его пулей. Но этот пистолет выведет его из строя на несколько дней, и за это время мы перетащим его тело вниз и запрем его в вечной пытке. Ты хочешь этого для него?

Грудь Чарли поднимается и опускается так быстро, что я боюсь, как бы у нее не остановилось сердце.

— Делай, что я сказал! — кричит Ректор ей в лицо.

Ее тело неудержимо трясется в ответ на его слова, и мне приходится закрыть глаза от этого зрелища. Если я подниму пистолет к виску и всажу себе пулю в голову, это все закончится? Нет. Они просто будут давить на нее чемто другим, пока она не рассыпается в прах. Единственное, что я могу сделать, это умолять ее не давать им то, что они просят, и молиться, чтобы они не причинили ей вреда.