За фасадом сталинской конституции. Советский парламент от Калинина до Громыко

Собрание отмеча[ет], что весь коллектив дружно и сознательно работал над делом ликвидации залежей, показал высокие образцы работы.

Собрание призывает всех работников к тому, чтобы напрячь все усилия и полностью ликвидировать остаток заявлений ко дню выборов Верховного Совета СССР (! – С.В.), одновременно с этим всячески повышать и улучшать качество работы всех работников и особенно работников тех секторов, где до сих пор еще залежи не ликвидированы.

Общее собрание работников Секретариата М. И. Калинина [признает] необходимым настоящее решение довести до сведения М. И. Калинина, парткома и месткома служебного аппарата Президиума ЦИК СССР и считает, что коллектив своей работой достоен сохранить за собой переходящее Красное Знамя, и просит местком Президиума ЦИК С[оюза] оставить его за Приемной М. И. Калинина»{797}.

Что из этого следует, помимо факта интереса аппарата к благоглупостям, связанным с сохранением переходящего Красного Знамени? Что деятельность по рассмотрению челобитных и принятию страждущих свелась в конечном итоге к выборной кампании.

5 декабря в столичных районах прошли митинги избирателей, посвященные годовщине принятия Сталинской Конституции и выборам в Верховный Совет СССР. В отчете о подготовке и проведении выборов Ленинского РК ВКП(б) гор. Москвы констатировалось: «Митинги проходили в 12 точках района. Всего на митингах присутствовали 73 800 человек. Сбор на митинги был исключительно организованный. Избиратели заранее собирались на своих избирательных участках, шли с оркестром, баяном, лозунгами, портретами т. Сталина и руководителей партии и правительства. Митинги прошли торжественно, с большим подъемом. На местах, где проходили митинги, были организованы массовые гулянья, пляски и песни. Всего на митингах выступило 49 человек, из них 32 чл[ена] ВКП(б) и 17 человек беспартийных»{798}. Избиратели, присутствовавшие на митинге, были обслужены 5 и 6 декабря художественными программами, в которых задействовали духовые оркестры, театр масок Центрального парка культуры и отдыха, хор народной песни, школа танца, отдельные столичные артисты и мастера художественного слова{799}. Почти повсеместно прошли «массовые игры и танцы (под баян)»{800}.

Участие в выборах после принятия сталинско-бухаринской Конституции СССР рассматривалось как «почетная обязанность» всех советских граждан, как «гражданский долг» и «почетное право»{801}. 7 декабря 1937 г. ЦК ВКП(б) подчеркнул в своем Обращении ко всем избирателям в связи с выборами в Верховный Совет СССР: «Не должно быть ни одного избирателя, который не использует своего почетного права избирать депутатов в Верховный орган Советского государства. Не должно быть ни одного активного гражданина, который бы не считал своим гражданским долгом содействовать участию всех без исключения избирателей в выборах в Верховный Совет»{802}. По язвительной иронии специалистов по истории советских выборов, в «…последующих обращениях в 1946 и 1950 годах эта новелла была откорректирована и из текста изъяли упоминание о “гражданском долге”»{803}. На предприятиях и избирательных участках столицы были проведены митинги, посвященные обращению ЦК ВКП(б). В отчете Ленинского райкома об этом говорилось: «На всех митингах были приняты единогласно резолюции, в которых трудящиеся предприятий заверили Центральный комитет ВКП(б) и товарища Сталина, что все как один придут на выборы и будут голосовать за выдвинутых кандидатов в депутаты Верховного Совета СССР блоком коммунистов и беспартийных»{804}. Разумеется, имели место и единичные случаи негативной реакции на документ высшего большевистского органа: «На 14-м избирательном участке по Б. Якиманке, д. № 27, во время беседы по Обращению ЦК ВКП(б) ко всем избирателям присутствующий на этой беседе Беляков стал доказывать, что здесь (в СССР. – С.В.) нет никакого тайного голосования, что голосовать будут механически за уже выбранных людей, а его жена Белякова заявила, что “за Гудова[22]и Булганина мы голосовать не будем, а будем голосовать только за Ворошилова, ибо только он достоин быть выбранным”. Затем на [провокационный] вопрос агитатора “Разве остальные вожди не достойны быть выбраны?” Белякова ответила: “Сталин уже всем надоел, и надоели другие вожди, среди которых много врагов народа”»{805}.