Царский зять

– Так, а ведь ты плавать не умеешь?

– Не научили, государь, у нас в селе речка была неглубокая, – царевич выглядел сконфуженно.

– Невелика беда, полковник Бородай отлично плавает и тебя научит. Учти – он три османских корабля подорвал.

– Ух ты, – только и сказал царевич, восторженно смотря на раздевшегося полковника. Юрий только усмехнулся – десять лет назад запорожец был жилистым пареньком, но с годами заматерел, весь мышцами покрыт, аки Геракл, что уйму подвигов совершил.

– Прямо сейчас и научу, царевич.

– А что это за корабль стоит?

– Бриг «Азов» о двадцати пушках, у него две мачты. А у кораблей три мачты, и пушек числом побольше. Ладно, идите плавайте, а потом бриг посетите. Покажешь царевичу его весь, от мачты до трюма. А я на бережку посижу, на углях шашлык сготовят. Хотя… Можете у моряков перекусить – они найдут, что на зуб положить.

Выбравшись на берег, Юрий дошел до зеленой травки под сенью раскидистых деревьев. Слуга вытер его полотенцем и завернул в простыню. Усевшись в кресло, Юрий задымил папиросой, подкурив ее от поднесенной головни и пробормотал:

– Хороший мальчишка, а ведь если бы Федор помер, то его бы непременно убили, и я знаю кто. И зря – пользы парень может принести немало, если должное образование получит – энергии у него хоть отбавляй. Отучится в политехникуме, и будет готовый механик. Надо к паровозам и пароходам вплотную приступать, а для них нормальные паровые машины нужны. Причем серийные, по единому образцу.

Да и морем парень заболел – с корабля глаз не сводит. Вот и будет со временем мне в делах помощник, и сыновьям моим, они ведь маленькие еще. Даже Вольдемар маловат, хотя восемь лет исполнилось – ему в школе еще предстоит учиться. Тоже морем и походами бредит – настоящий гот у меня растет, викинг.

Юрий прикрыл глаза и задремал. Вот только в пучину Морфея не проваливался, а думал, предавшись воспоминаниям, и память начала услужливо переворачивать страницы пережитого.

«Десять лет я живу в этом мире, ровно десять – круглая дата. Бог знает, сколько еще останется прожить, но уже многое сделано. Фееричная карьера, что и говорить. Торговец оружием превратился в раба, с арканом на шее, в жестокой крымской неволе. А потом неожиданно стал изгоем – князем, лишенным наследства.

Сукин ты сын, самозванец!

Так можно было воскликнуть, если бы не моя любовь именно к оружию. В этом мире сила играет такую же роль, что и в том покинутом мною двадцать первом веке.

Но есть одно весомое отличие – здесь такие понятия как вера, верность, честь, справедливость – не пустой звук!

Тут нет интернета с его соцсетями, телевизора с ток-шоу – здесь невозможно дурачить голову людям, превращая многих в тупое стадо, способное только потреблять в три горла и гадить в две задницы.

Почему в две?

Да потому-что отрыгивают часто, не переваривают организмы слоновые дозы лжи и потребления всяких «вкусняшек»!