Расправляя крылья 1. Шаг перед пропастью [АТ]

— Не надо думать, что битва за Красную планету окончена, Хуан, — подытожил он. — Я говорю всё это, чтоб ты понял, что на кону. Судьба Марса, моей Родины. И Альянса. Не подведи!

Он потрепал меня за плечо и сел в машину. После туда запрыгнула охрана, и кортеж из «Либертадора» и двух броневиков сопровождения так же умчался вдаль.

Да уж, действительно, дело не в четвертой эскадре. Что-то произошло такое, что мне, действительно, не стоит знать ради чистоты эксперимента. Но для его превосходительства тут есть и позитивный момент — независимо от исхода заседания он увидел в лицо, кто его противники. «Силы, могущие противостоять Лее» вывели их из состояния спячки, и теперь с ними можно «работать». Как с ними будут «работать» на Марсе, где правит описанный выше волчий закон, меня не интересует, но позитив, всё-таки, есть.

…Однако, он может запросто нивелироваться разрушением Альянса, который обязательно произойдет после следующего же погрома…

…Который гарантированно случится, если мое выступление окончится фиаско. Ведь врагов у его превосходительства много, одних «уйдут», другие придут. А Марс один.

De puta madre!

«Шимановский, тебе не надоело играть роль клоуна?» — серьезно спросил меня внутренний голос.

«Надоело», — честно ответил я. — «Но деваться некуда. Это называется «психологическое преимущество». Мне, пацану, мальчишке, простят многое, чего никогда не простят взрослому умудренному мужу вроде него. Это фактор, который будет действовать от силы год-два, и пока он есть, надо им пользоваться. Как в принципе и пытается делать наша умудренная опытом королева»…

— Сеньор? Всё в порядке? — перебил мои размышления сотрудник дворцовой стражи с погонами майора на парадной форме. Да-да, у них тоже есть парадная форма, на которой, диссонируя с боевой экипировкой, погоны всё-таки есть. Я кивнул.

— Так точно!

— Прошу в машину. — Он указал рукой на центральный «Мустанг». Как со значимой персоной заговорил, здорово! А действительно, ведь сегодня я «особа, охраняемая лично королевой»!.. И кажется, мне это начало нравится.

Сел. Салон мягкий, удобный, хотя и не роскошный. Но поинтереснее тех функциональных моделей «для собственно охраны», на которых довелось поездить ранее. Следом в машину залезло ещё четверо парней без доспехов, первое кольцо. Огромные амбалы, хотя и не дотягивающие до десантников его превосходительства. Машины тронулись.

Есть, приехали. Огромная-преогромная толпа перед зданием.

— На выход! — произнес кто-то по громкой рации. Люк начал распахиваться, и парни потянулись на улицу. Меня выпихнули предпоследним, обступили и практически потащили через толпу. Сколько тут собралось человек, несколько сот? Пара тысяч? В тот момент прививаемые навыки примерного подсчета не сработали — слишком нервная и необычная была обстановка. Мелькали и журналисты, и обычные горожане, машущие какими-то плакатами и растянувшие баннеры, болельщики «Энергии» в красно-желтых цветах, перекрикивающие шумную площадь своими кричалками. Естественно, градус на площади стоял негативный, ибо там, внутри, судили ИХ ребят, простых и, естественно, «ни в чем не виновных» (когда у нас марсиане были хоть в чем-то виновны?) Я для них олицетворял абсолютное зло со всеми вытекающими из этого последствиями.