Аравия. Прошлое и настоящее
- Автор: Сенченко Игорь Петрович
- Год: 2016
- Язык: русский
- Год: Алетейя
- ISBN: 978-5-91419-963-7
- Жанр: История
Электронная книга - «Аравия. Прошлое и настоящее». Краткое содержание книги:
Представленный в книге дневник времен и событий Аравийского полуострова познакомит читателя с дерзкими планами великих завоевателей Древнего мира, правителей Римской империи и владык Византии по покорению Южной Аравии, или «Страны благовоний», как ее еще называли; расскажет об остром соперничестве за бассейн Персидского залива и влияние в шейхствах «жемчужного пояса» Аравии крупных морских держав-конкистадоров прошлого - Португалии и Голландии, Англии и Франции, а также о деятельности в этом регионе России.
Информационной насыщенностью отличается содержащийся в книге рассказ о современной жизни шести монархических стран Аравийского полуострова, объединенных во влиятельную в арабском мире организацию многоплановой направленности - Совет сотрудничества.
Книга обращает на себя внимание солидным массивом представленных в ней архивных документов, нигде и никем ранее не публиковавшихся.
Встречаются в донесениях российских дипломатов и описания Священных городов мусульман-шиитов. Перелистывая пожелтевшие со временем страницы архивных документов, живо представляешь себе Неджеф и Кербелу начала XX столетия. «Сюда ежегодно привозится из различных стран, — сообщает в своих путевых заметках А. Фархата, — преимущественно из Персии, Индии и с Кавказа, до 80 тысяч шиитских погребений: урн с прахом отцов, матерей, жен и детей. Считается, что быть погребенным здесь — значит попасть в рай, и жить там беззаботно».
Добраться из России до Священных городов и захоронить там умерших родных или родственников, замечает А. Фархата, непросто (172). Утрясать связанные с этим делом вопросы, помогали русскоподданным мусульманам-шиитам проживавшие в Неджефе и Кербеле их соотечественники. В 1914 г. в Неджефе насчитывалось до 300 человек русскоподданных, а в Кербеле — 40 (173). Из 70-80 тысяч паломников-шиитов, ежегодно посещавших тогда эти города, «от 3 тыс. до 10 тыс. человек, то есть около 10 процентов, составляли русскоподданные, преимущественно из Закавказья» (174).
С каждого из них российским консульством в Багдаде, если «паломники попадали в сферу его внимания», «взималось 75 копеек пожертвований». Однако, почему-то «в пользу Николаевской больницы в Константинополе», хотя услугами ее, как подчеркивали российские дипломаты, паломники-мусульмане из России практически не пользовались (175). В связи с этим консул в Багдаде В. Машков ставил вопрос, и вполне обоснованно, как считали в МИД России, об использовании таких пожертвований на «организацию медицинской помощи паломникам-мусульманам из числа русскоподданных, следующих через Багдад». Сам В. Машков готов был «вносить на эти цели пожертвований не менее 100 рублей в год» (176).
Документы свидетельствуют, что российские дипломаты обращали внимание Санкт-Петербурга на необходимость безотлагательного решения проблем, связанных с паломничеством мусульман из России. Иными словами, затрагивали вопросы, имевшие отношение к судьбам сотен тысяч подданных из числа многомиллионного мусульманского населения Российской империи. И что важно, акценты в своих соображениях и предложениях на этот счет ставили на гуманной, «нравственной стороне» паломничества.
Надо сказать, что ограничений на паломничество мусульман из России к началу XX столетия практически не было. Если таковые и вводились, то крайне редко; главным образом вследствие неблагоприятных в санитарном отношении условий в местах паломничества; чаще всего из-за холеры (177).
В 1891 г., например, имела место масштабная вспышка холеры. На турецкой границе были установлены дополнительные многочисленные военно-санитарные кордоны. По этой причине в 1891 году Неджеф и Кербелу посетило значительно меньшее количество паломников, чем в предыдущие годы. Согласно донесениям российских дипломатов, «их было 1547 человек, в том числе из Ереванской губернии — 538 чел., Бакинской — 712 чел., из Бухарского ханства — 21 чел.» (178).
Мусульмане-сунниты, в отличие от шиитов, совершают паломничество к Святым местам ислама в Мекке и Медине. О паломничестве мусульман-суннитов из России в Аравию в конце XIX ярко рассказано в «Отчете штаб-капитана Давлетшина о командировке в Хиджаз». По наблюдениям российского офицера, «много паломников из числа русскоподданных прибывало в Святые места ислама в Аравии с караванами из Сирии и Египта». Сирийский паломнический караван 1898 г., который наблюдал Г. Давлетшин, был многотысячным; его охранял военный отряд, численностью 550 человек. Во главе каравана, по сложившейся традиции, шел красивый верблюд с водруженным на него богато украшенным шатром-паланкином с кисвой (покрывалом) для Каабы.
Во время посещения Мекки штабс-капитаном Г. Давлетшиным в городе насчитывалось — из числа постоянно проживавших там мусульман, эмигрировавших из России, — «восемь семей татар, две семьи киргиз и учащихся в медресе семь человек..., а в Медине — 31 семья татар».
Средства к существованию все они «добывали», по выражению Давлетшина, обслуживая пилигримов из России: встречали караваны, размещали паломников у себя на квартирах, «столовали их». «Я видел только одного из здешних эмигрантов, — сообщает Г. Давлетшин, — бывшего состоятельного купца, бежавшего в Медину от запою, который один только не интересовался хаджиями, и зарабатывал себе на хлеб своими трудами».