Аравия. Прошлое и настоящее
- Автор: Сенченко Игорь Петрович
- Год: 2016
- Язык: русский
- Год: Алетейя
- ISBN: 978-5-91419-963-7
- Жанр: История
Электронная книга - «Аравия. Прошлое и настоящее». Краткое содержание книги:
Представленный в книге дневник времен и событий Аравийского полуострова познакомит читателя с дерзкими планами великих завоевателей Древнего мира, правителей Римской империи и владык Византии по покорению Южной Аравии, или «Страны благовоний», как ее еще называли; расскажет об остром соперничестве за бассейн Персидского залива и влияние в шейхствах «жемчужного пояса» Аравии крупных морских держав-конкистадоров прошлого - Португалии и Голландии, Англии и Франции, а также о деятельности в этом регионе России.
Информационной насыщенностью отличается содержащийся в книге рассказ о современной жизни шести монархических стран Аравийского полуострова, объединенных во влиятельную в арабском мире организацию многоплановой направленности - Совет сотрудничества.
Книга обращает на себя внимание солидным массивом представленных в ней архивных документов, нигде и никем ранее не публиковавшихся.
«Осознавая степень угрозы, таящейся для России в использовании Англией исламского фактора» в своих целях, российские дипломаты обращали внимание Санкт-Петербурга на «недопустимость недооценки политического аспекта паломничества». Указывали на то, «отсутствие на этот счет специальной правительственной программы, способной сыграть роль своего рода противовеса панисламистским устремлениям Турции и честолюбивым замыслам англичан, конкретно в Закавказье и Средней Азии, является серьезным и досадным упущением». Считали обоснованным и своевременным в таком контексте «подумать и о чуашах». Предлагали «зарегистрировать» их и, «не признавая официальными агентами правительства», предоставить им «некоторые права по надзору за паломниками» (165). Поскольку влияние чуашей на «направление паломников с их пожертвованиями к тому или иному муджтехиду не вызывает сомнений, — отмечается в одном из дипломатических донесений, — то, может быть, кавказской администрации представилось бы возможным — путем соответствующих внушений чуашам — поддержать, в случае надобности, желательных для нас муджтехидов». Оказывая, таким образом, «влияние на прилив их доходов и учеников», можно было бы содействовать и росту их популярности среди верующих (166).
Всесторонне вопрос об «исламском факторе», как таковом, рассматривался в МИД Россиийской империи в июне 1911 года, на специальном межведомственном совещании. В принятых на нем рекомендациях говорилось о необходимости «оперативного устранения трудностей, связанных с паломничеством русскоподданных мусульман в Святые места шиитов и суннитов», о должном противодействии «политическому воздействию на них» со стороны Англии и Турции (167).
В практическом плане всем этим вплотную должны были заняться дипломатические миссии России в Аравии (Джидда) и Месопотамии (Багдад, Басра), а также российские власти на Кавказе и в Средней Азии.
Внимательно наблюдая за действиями англичан, турок и персов, российские дипломаты сообщали, что в целях «усиления своего престижа» в глазах мусульман России персидские и турецкие власти — конечно же, не без участия во всем этом англичан — «шли на предоставление мусульманским паломникам из России вполне конкретных льгот». Что касается «путешествия их по Персии и Турции, — сообщал А. Орлов, — то для Персии консульские визы не требуются, разрешение на въезд дается уже post factum, на основании необременительной для паломников пошлины топрак-басти в 16 кранов (1 руб. 20 коп)» (168). Для Турции «таковая виза требовалась», но за ее получение паломники платили сумму, по словам А.Орлова, тоже незначительную, в размере 1 меджидие (около 1 руб. 60 коп.) (169).
«Беспрепятственно пропуская паломников из России на свою территорию», отмечали российские дипломаты, и, оказываясь, на первый взгляд, в проигрыше (в плане получения доходов с консульских сборов), персидские и турецкие власти «потом уж сполна брали свое», и «обдирали паломников как липку». «Путь паломников, — докладывал А.Орлов, — пересекает несколько рек, где имеются мосты, за переход по которым для вьючных животных установлена следующая такса: с мулов, ослов и лошадей без груза — 20 пара, с грузом — 1 пиастр; с верблюдов без груза — 2 пиастра, с грузом — 2,5 пиастра» (170). При скоплении перед мостом большого числа паломников «сборщики налогов берут взятки — за пропуск вне очереди. Часто случается, что мосты, отведенные для пересечения рек паломниками, «ломаются», и именно в моменты наиболее оживленного движения. Тогда сборщики мостовой пошлины, которые являются в то же время и владельцами перевозных средств, взимают с каждого перевозимого животного до четверти меджидие, что в 10, а порой и 20 раз выше официально установленной таксы». И русским паломникам, замечает А.Орлов, хочешь, не хочешь, приходится раскошеливаться.
«Экипажей для обеспечения сообщения между Неджефом и Кербелой нет», говорится в сообщении другого российского дипломата, вице-консула в Неджефе А. Фархаты. «Есть только десятиместные арбы, в которых и возят паломников. Арбы эти отправляются со станции лишь один раз в сутки, в строго определенное время. Желающие выехать приобретают места — и пестрая разноязыкая кавалькада трогается в путь. Следуют группой, не отрываясь друг от друга. Остановка одной арбы вызывает остановку остальных. Вместе с паломниками и путешественниками всякий раз едут по два вооруженных турецких жандарма» (171).