Убивают не камни

Снова у Крысы слова застряли в гортани, он как будто не мог выковырнуть их оттуда, и только не проходящий всплеск изумления с трудом вытянул короткое:

— Нет.

Удав скрестил руки на груди, и мрачноватая ухмылка мимолетно пробежала по его губам:

— А ведь ты знал, что я все равно приду за тобой!

По-прежнему смотря на Удава широко раскрытыми глазами, Крыса воспроизводил одно и то же!

— Нет.

— Значит, я опередил! — удовлетворенно сказал Удав. — Я всегда работаю на опережение! Единственный раз тебе удалось сорвать мою игру, но я не прощаю никому такого! Ты надеялся, что я не догадаюсь?

Чувствуя, как крепко попал под жесткий пресс, Крыса с трудом вбирал в себя воздух, пытался изобразить непонимание:

— Ты о чем, Удав?

Но тот не давал ему пространства для маневра, он еще мощнее сжимал его своим прессом:

— Не коси под дурачка, Крыса, забыл, с кем говоришь? Ты лох, Крыса! Меня на такие штучки не возьмешь! Захотелось гарнитурчиком попользоваться, алмазы в руках подержать? Только не дорос ты еще до таких вещей и никогда уже не вырастешь! Ты ведь допетрил, что Ящур собирался сбыть гарнитур мне. А это означало, что твои шансы падали ниже нуля. Впрочем, у тебя их не было и никогда не могло быть. Ящур с тобой разговаривать не стал. Поэтому ты убил его. Но не подумал, что, когда я обо всем узнаю, тебе головы не сносить. Слаб мозгами ты, Крыса. Забыл историю этого гарнитура! Забыл, кто может им владеть! Тебя среди них нет, и никогда не будет!

Крыса видел, что приперт к стене, что смерть Ящура ему обойдется боком, что попытка отказа от содеянного еще больше усугубит его положение. И он не отказывался. Между тем, упорно цеплялся за возможность убедить Удава в том, что не предполагал о его договоренностях с Ящуром.

— Я ничего не знал, Удав. Ни сном, ни духом.

— Не ври перед Богом, Крыса! — взгляд Удава стал неподвижным. — Скоро ты предстанешь перед ним, и он с тебя спросит за твои грехи!

Скукожившись, Крыса испытывал ужас перед Удавом. Тот был не просто авторитетом, под него ложились другие авторитеты, с ним пытались наладить отношения все, кто имел хоть какой-нибудь вес в криминальном сообществе. Крыса теперь с жутким трепетом не мог объяснить самому себе, как только у него могла родиться мысль о том, что он сможет «обуть» самого Удава:

— Если бы я только знал, что ты с Ящуром вел дела, я бы никогда, — лепетал Крыса заплетающимся языком.

Его подельник рядом, наблюдая мгновенную метаморфозу, произошедшую с Крысой, был серьезно напуган, притих и словно бы уменьшился в размерах.

Удав без труда прочитывал все, что появлялось в мозгах у Крысы, скрыть от него, казалось, было невозможно ничего:

— Ты видел меня в ресторане с Ящуром. Ты следил за ним и думал, что спрятался и остался незамеченным. Не для меня, Крыса, не для меня. У меня везде глаза и уши. Даже когда ты спишь, я знаю, на каком боку ты это делаешь. Кстати, ты любитель спать на спине. Это плохо, Крыса. На спине лежат в гробу.

Тот вздрогнул, руки мелко затряслись, подтянул к себе ноги, мельком увидал, как презрительно смотрела на него Врюсова, и проглотил ее презрение, ему сейчас важно было спасти собственную шкуру.