Золотой фонд детектива. Том 7

— Давайте не будем вспоминать покойников. Вы знаете больше. — Она продолжала изучать лицо Трухильо.

— Он умер? Это верно?

— Да. Говорят, он покончил с собой после того, как убил Мерфи.

— Кому так сказали?.

— Так собираются напечатать в газетах.

— Откуда вы знаете?

— Не от вас.

— Я очень рада, что он умер. Вот был с-сукин сын… Вас не шокируют мои выражения?

Нет, такие слова в устах женщины, живущей среди самых низов предместья, меня не удивили.

— Дайте мне адрес невесты Октавио.

— Невесты?

— Может быть, жены или любовницы. Она была здесь с Октавио, еще одним летчиком и Мерфи в тот самый вечер, когда вы пошли с Мерфи в «Космос».

Она придвинула ко мне пустую рюмку.

— Ее зовут Хуана Манагуа. Адреса я не знаю.

Я наполнил рюмку и подал ее Монике.

— Мне необходим ее адрес.

— Думаю, вы найдете его в телефонной книге. Хуана Манагуа.

— Так как же все-таки зовут приятеля Мерфи, того, который был с ним в «Гаване»? Вы сами сообщили нам, что сидели тогда вместе.

— Хулио Руис Оливейра.

— Адрес?

— Авенида Сан-Кристобаль, четырнадцать или шестнадцать. Запомнили? Хорошо. Теперь ответьте на мой вопрос: где вас можно найти?

— Неважно. Я еще приду к вам.

— Для меня это очень важно. Положение становится опасным. Возможно, мне придется бежать, хотя бы из-за того, что я встречалась сегодня с вами.

— И не дала своего адреса, который известен, по крайней мере, нескольким сотням людей.

— Не могу. Зачем вам понадобилась Манагуа?

— Я хотел бы проверить, насколько хорош был вкус у Октавио. Еще одно: с какого аэродрома в Штатах вылетели Мерфи с Галиндесом?

— Он взял напрокат самолет, но где — не знаю. Не знаю я и того, останавливался ли он по дороге. Он мне не докладывал.

— Хозяин за нами наблюдает, — сказал я. — Пейте и улыбайтесь.

Моника улыбнулась и погладила меня по лицу.

— Где вас искать, если мне придется бежать? Из-за вашего упорства в деле Мерфи погибнет много других людей.

— Вы должны незаметно пробраться в посольство. Там я назову свою фамилию и номер. Тогда можно будет подумать о вашей переброске.

— Вы работаете в посольстве? Наверно, в той комиссии, которая изучает причины гибели Мерфи?

— Возможно.

Я не мог ей сказать ничего больше. Я верил в подчас поразительную ловкость женщин-разведчиц, но и не сомневался в том, что они не смогут выдержать физическую боль. Кричат они меньше мужчин, но сломить их легче.

Я выпил еще, поглядел на дно рюмки и подумал, что водка не оказывает на меня обычного действия: она не притупляет ни чувствительности, ни памяти, значит, я потерял еще одну возможность забыться. Гарриэт тоже умела так находить забвение. Я любил ее и за это, но ведь все было так давно, я даже забыл, когда…

Я погладил руку Моники. Она тоже видела, как внимательно следит за нами мулат. Отняв руку, она пригрозила мне пальцем и прижала его к моим губам.