Легенды о Дневе. Право на счастье. Часть 2

Никола молча стоял, опираясь плечом о ствол огромного дерева, который порос мхом и пропитался ночной влагой. Он сквозь ветки наблюдал за тем, как Илина молча пьет чай, а маленькие дриады бегают обмотавшись попонами, словно плащами, и размахивают палками. Девчушки скрывали в себе столько тайн и загадок. Оглядевшись, он медленно пошёл за Бауром, желая присоединиться к Нинираде и сыграть с ней в другую игру.

– Илина, я хочу поинтересоваться, тебя часто мучают странные сны. Твоя сила тебе не кажется больше, чем у других? – спросил друид, аккуратно усаживаясь на своё место возле стелы.

– Баур, извините, но я не понимаю сейчас к чему такие вопросы?

– Мы отправимся в библиотеку, где собрано столько знаний, что не всякий маг может осилить и понять их. Мне важно знать, сможешь ли это сделать ты.

– Вы сами несколько минут назад сказали, что я справлюсь с той силой, которая сокрыта в книгах, а теперь задаёте этот вопрос, опровергая свои же утверждения? – девушка была слегка удивлена.

– Я хочу получить ответ от тебя, а не принять свои утверждения за правду.

– Я справлюсь. Если я захочу, мои силы станут безграничными. Я Илина из Брутц, а не какая-нибудь кухарка в харчевне – голос колдуньи звучал громко и твёрдо.

– Тогда пойдём за мной. Думаю, свежая уха и травяной чай дали тебе немного сил – Баур нахмурился и встал.

– Хорошо – сухо сказала Илина, вставая следом.

Старик вёл её закоулками и тропами среди деревьев, Илина вглядывалась в темноту среди стволов, на высоте от двух до шести метров располагались аккуратные шарики с окнами и дверями. Это были дома Лудерена. Именно в них проживали дриады и маги. Возле некоторых домов ещё сохранились красивые плетёные лестницы, свитые из коры и веток. Удивляло то, что все эти постройки были живыми. Жители не портили дерево, а выращивали его магией так, как было нужно им. Большая часть домов, к сожалению, представляла из себя обугленные развалины, которые были сожжены вместе с деревьями. Слева от тропинки, где они шли, стояли остатки каменных стен, обгоревшие, покрытые чёрной сажей. Крыши в некоторых домах сгорели дотла или провалились вниз. Часть каменных стен была разрушена, то ли войной, то ли временем. Баур медленно ступал по остаткам когда-то своего родного города. На пути им попадались истлевшие останки людей, трупы эльфов в покорёженных доспехах. Дикие звери и огонь быстро истребили то, что от них осталось, оставив только кости и металл. Колдунья не раз была на полях сражений, но то были только что убитые солдаты. Наблюдать за тем, как тело несколько лет тлело и разлагалось оказалось намного ужаснее. Нет, эти развалины и останки уже не источали зловония, просто их вид внушал ужас тем, что каждый из умерших олицетворял смерть. Вот именно так она выглядит. Смерть – это не агония и боль, не кровь, хлещущая в разные стороны, не потерянные конечности. Это тлен, которые остается спустя годы, останки никому не нужных и забытых воинов. Всё это смерть, ужасная и холодная. Пустые глазницы, наполненные темнотой, съехавшие набок челюсти скелетов. На останках Лудерена Илина в полной мере могла ощутить смерть и время. Она медленно следовала за Бауром, оглядывая окрестности. Они шли мимо городской площади. Ничего кроме земли, усыпанной листьями, ветками и останками давно убитых на ней не было.