Расплата. Яростное безумие

— Там что — лучше парики? — спросил Боря.

— Естественно, — ответил я. — В кино же не может быть такой приблизительности, как в театре. Кино ведь снимает крупные планы. Только надо найти там знакомых. Давайте я сяду за телефон.

Боря уступил мне место возле телефона, и я принялся названивать по нему. Как теперь разметало людей! За несколько лет разрушилась не только страна, не только экономика и весь уклад Жизни. Это само собой, к этому мы уже как-то привыкли. Разрушились, кроме всего прочего, и элементарные связи людей друг с другом. Столькие вообще уехали, покинули страну! Столькие сменили не просто работу, но и вовсе род занятий. Теперь трудно найти старых знакомых на прежних местах.

Поэтому я потратил не меньше часа и сделал с десяток телефонных звонков, прежде чем «напал» на своего старого знакомого, который еще не ушел из мира кино.

Найдя его наконец, я высказал ему просьбу. Он был страшно удивлен.

— Ты что, стал шпионом? Или мафиози? — спросил он у меня. — Зачем тебе ходить по городу в таком виде? От кого ты скрываешься?

Мне пришлось призвать на помощь фантазию, и я сказал бесшабашным голосом:

— Мы с другом решили устроить карнавал… Знаешь, я ведь приехал только на пару дней, и вот мы захотели повеселиться. Есть у нас две знакомые девушки. Так вот, мы надумали их мистифицировать. Должно получиться очень смешно.

— Ну ладно, — согласился приятель. — Только это будет вам стоить довольно дорого. Я имею в виду услуги гримера и пастижера. У вас есть сорок тысяч?

Я заверил его, что за сорока тысячами дело не станет, и он назначил нам встречу на проходной киностудии в два часа дня.

Больше мы не стали пить алкоголя, а просидели в комнате Бори, морально готовясь к тому, что нам следует совершить.

Ровно в два часа мы уже были в проходной киностудии, и мой приятель выскочил, чтобы провести нас внутрь.

Он привел нас в пастижерский цех, и мы отдали сорок тысяч бессловесной девушке по имени Надя.

— Что вы хотите? — спросила она нас после того, как мой приятель объяснил ей, что мы его друзья и он клянется, что мы все вернем завтра же утром. — Какие вам парики и какие усы? — поинтересовалась она безразличным голосом.

Мы вместе с ней прошли по рядам столов, на которых были насажены на подставках самые различные парики. Наконец мы выбрали то, что нам было нужно. Вскоре она принесла нам еще коробку с усами — тонкими и толстыми, короткими и длинными, черными, рыжими и сивыми…

— Главное, чтобы мы с вами не выглядели, как ряженые, — прошептал я Боре, когда увидел, как он тянется к длинным и пушистым усам а-ля Сирано де Бержерак…

— Интересно же примерить, — ответил он и неохотно отложил усы в сторону. Нужно было найти «золотую середину», то есть наш вид должен был не бросаться в глаза и не настораживать, но в то же время он должен был абсолютно изменить нашу внешность.