Когда мы молоды

— Поворота налево не было.

— Был…

— Поворота налево не было, я все время ехал, куда вела дорога.

— Крис, ты споришь с фактами.

— Если кто и спорит, так только ты, Шар.

— Ты и вчера спорил, и вместо кофейной плантации мы попали в жерло вулкана.

— Ты жалеешь об этом?

— Нет, но я хочу иногда попадать и туда, куда мы направляемся.

А «кадиллак» все катил и катил по отличному шоссе со скоростью шестьдесят миль в час.

— Крис, давай лучше вернемся. Мы едем явно не туда. Ты посмотри, дорога опять пошла в гору.

Крис остановил машину, достал карту острова. Зеленое поле было сплошь исчерчено красными линиями дорог. Разобраться в их лабиринте было невозможно.

— Хорошо, вернемся, — и Крис стал разворачивать машину.

Теперь Мерапи маячил у них впереди, высокий зеленеющий конус, ярко освещенный солнцем. Напоенный пряными ароматами воздух, теплый и как будто густой, встречным потоком переваливался через ветровое стекло и теребил локоны Шарлотты, выбившиеся из-под косынки.

Вдруг Крис уловил запах гари. Он внимательно прислушался к звуку двигателя, взглянул на масляный манометр. Все как будто в порядке, но запах гари усиливался. Вот и Шарлотта тянет носом, вопросительно глядя на Криса. Он снова остановил машину, вылез, поднял капот. Двигатель работал нормально. Крис сунул в рот сигарету, прикурил. Они тронулись дальше.

По дороге шли какие-то люди. Здесь, во внутренней части острова, в отличие от северного побережья, где вдоль моря тянется нескончаемая цепочка селений, прохожие попадались лишь изредка. Но сейчас, как ни странно, дорога заметно ожила. Целыми семьями, как по чьему-то сигналу, крестьяне возвращались с полей. Кто-то катил тележку с кладью, другие вели за руку детей, несли за спиной младенцев. Было что-то общее в озабоченном выражении лиц, в странной поспешности движений. У одной из встречных групп Крис притормозил.

— Джокьякарта! — крикнул он, указывая рукой вперед.

Встречные закивали головами, показывая туда же. Слава богу, теперь они едут правильно. Но беспокойство не улеглось. Что за люди, куда идут?

— Куда вы? — крикнул Крис, снова притормозив.

Они пожимали плечами: не понимаем. Но загалдели, зашумели, замахали руками, оглядываясь через плечо, и одно слово в гомоне чужого языка Шарлотта и Крис различили: М е р а п и!

Они посмотрели на вершину горы, которая теперь была уже близко. Оттуда сочилась, низко стелясь по склону, тонкая, прозрачная, еле заметная струйка дыма.