Григорий Распутин. Россия под гипнозом
- Автор: Сенча Виктор Николаевич
- Год: 2021
- Язык: русский
- ISBN: 978-5-00180-342-3
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Григорий Распутин. Россия под гипнозом». Краткое содержание книги:
Скрупулёзно исследуя каждый факт и каждое событие, автор увязывает их с данными архивных материалов и воспоминаниями очевидцев. В итоге читатель понимает, что и сам с головой окунается в детективное расследование, в конце которого автор самостоятельно выходит на… истинного убийцу Григория Распутина. И в этом несомненное достоинство новой работы известного писателя-историка Виктора Сенчи.
Вот как её описывает Пуришкевич:
«Ровно в 10 часов в автомобиле Дмитрия Павловича приехал он сам с Юсуповым и поручиком С. Я познакомил их с д-ром Лазавертом, и мы приступили сообща к дальнейшему обсуждению нашего плана, причем князь Юсупов показал нам полученный им от В. Маклакова цианистый калий как в кристалликах, так и в распущенном уже виде в небольшой склянке, которую он в течение всего пребывания своего в вагоне то и дело взбалтывал. Заседание наше длилось около двух часов…»[307]
Говоря о Лазоверте, следует заметить, он просто физически не мог подменить цианид в Юсуповском дворце в ночь совершения убийства; да и в санитарном поезде – тоже нет. Зато всё могло произойти по-тихому, если б «яд», заранее приготовленный по приказу Пуришкевича д-ром Лазовертом для Юсупова, был тут же князю и передан.
Таким образом, в ту роковую ночь с 16 на 17 декабря 1916 года князь Юсупов «достал из поставца шкатулку», в которой, вполне мог храниться некий порошок (но никак не цианистый калий!), загодя полученный от соучастников из числа преступной группы.
И в-третьих. Описание внешнего вида «цианида» у «мемуаристов» сильно разнится.
Вот что по этому поводу пишет Юсупов: «Доктор Лазоверт надел резиновые перчатки, взял… несколько кристалликов яда, истер в порошок…»
Пуришкевич:
«Приведя стол в должный вид, мы принялись за два блюда с птифурами. Юсупов передал д-ру Лазаверту несколько камешков с цианистым калием, и последний, надев раздобытые Юсуповым перчатки, стал строгать яд на тарелку…»
Замечу: «истирать в порошок» и «строгать» – понятия, в общем-то, разные. Хотя бы потому, что «строгать» можно что-либо более крупное, нежели мелкие кристаллики вещества: например, кусок мела или, скажем, сахарную головку. И здесь можно сказать следующее: г-н Пуришкевич, скорее всего, либо просто не видел происходящего на самом деле, либо – запамятовал: вряд ли д-р Лазоверт «строгал яд на тарелку». А вот на слова доктора, которые приводит Юсупов: «посыпал начинку порошком в количестве, способном, по его словам, убить слона…», – противопоставить что-либо сложно.
Но что это был за «смертельный порошок»?
В трагической истории, связанной со «сверхъестественной живучестью» Распутина, имеют место два мифа.
Первый: неуязвимость Распутина по отношению к «слоновьим» дозам цианистого калия.
Второй: «чудесное воскрешение» Распутина после тяжёлого ранения его князем Юсуповым.
Вот как это описывает князь Ф. Юсупов:
«Мы сели за стол и заговорили… Он говорил, а я одно думал: заставить его выпить вина и съесть пирожные. Наконец, переговорив свои любимые разговоры, Распутин попросил чаю. Я скорей налил ему чашку и придвинул печенье. Почему печенье, неотравленное?..
Только после того я предложил ему эклеры с цианистым калием. Он сперва отказался.
– Не хочу, – сказал он, – больно сладкие.
Однако взял один, потом еще один… Я смотрел с ужасом. Яд должен был подействовать тут же, но, к изумлению моему, Распутин продолжал разговаривать, как ни в чем не бывало. […]
– Яд не подействовал, – сказал я. Все потрясённо замолчали.
– Не может быть! – вскричал Дмитрий.
– Доза слоновья! Он все проглотил? – спросили остальные.
– Все, – сказал я».
Вопросы относительно отравления напрашиваются сами собой.
Самый главный: ел ли Распутин на самом деле отравленные пирожные? Ведь «старец» не особо жаловал сладкое. Да что там – он вообще не терпел сахара!
Ещё раз вспомним, что по этому поводу вспоминала Матрёна Распутина: «Мяса он не ел до самой своей смерти. Его обед всегда состоял из одной ухи. Кроме того, он еще употреблял редиску и любил квас с огурцами и луком. Больше этих кушаний он ничего дома не ел. Вставал он всегда рано и шел обязательно к ранней обедне. После этого он приходил домой и пил чай с черными сухарями или кренделями».
«Чёрные сухари» и даже кренделя – это далеко не сладкие пирожные-«птифуры». Знали ли об этом сами «отравители»? Не могли не знать. Как прекрасно были осведомлены о любимом вине «старца» – мадере, которая в тот вечер присутствовала на столе. Но именно на этом оба и «прокололись» – как Пуришкевич, так и Юсупов.
307
Пуришкевич В.М. Указ. соч. С. 33–34.