Я принесла тебе Бога

– А как звали его мать? – перебила ее Тамура.

– Мари, вроде. Её здесь стараются не вспоминать, хоть и Богоматерью считают. Во тьме жила, в безверии. В идола деревянного верила. Она бросила Мессе, едва родив. И его воспитал отец. Потом родилась Крис. Но уже от другой женщины. Мари ведь больше никто не видел.

– Сестра Мессе?

– По отцу только. Но Мессе с отцом настолько ее любили, что полгода молчали, когда она пропала.

– И она пропала? Бермудский треугольник какой-то. А когда пропала?

– Четыре года назад. Они старались не горевать и не тосковать. Просто молчали. Их все жалели, особенно мужа. Он ведь спаситель. Люди вылечивали безнадежные некрозы, просто коснувшись его. Верили в него наравне с Богом. Считали его Богом. А тут такое. Искали ее две недели; не нашли, – Адель отвела стеснительно взгляд в сторону. – Она на меня была похожа. Вернее, я на нее. Мне иногда кажется, что именно из-за моей схожести с сестрой Мессе выбрал меня. Ведь зачем живому Богу женщина? И уж тем более ребенок не нужен.

– Все сложится, Адель! – Тамура обняла девушку. – Нельзя найти кусочек пазла, пока не видишь картину целиком. А где мастерская? Где Предтеча санки собрал?

– Там, – ответила Адель, указывая пальцем на дверь в конце коридора. – В гараже. Он там и машину собрал.

Черная ведьма толкнула незапертую дверь и присвистнула.

– Какая кобылка! – воскликнула она, разглядывая белый полуспортивный байк. – Бензиновый, – она подошла и отвинтила крышку бензобака, глубоко вдохнула носом, закрыв глаза от удовольствия, и тут же завинтила. – На первом курсе на таком ездила. Шумный и вонючий. – Она провела пальцем по скважине замка зажигания и широко улыбнулась. Сняла с сапога ключ, легко воткнула его в замок и провернула на пол-оборота. Затем несколько раз резко дернула вниз ножной стартер, пока не послышался устойчивый рев мотора.

– Ты правда не слышишь музыку? – спросила Тамура. – Она же везде! Все ею вибрирует.

– Может, это мотоцикл?

– И мотоцикл тоже. И ты её играешь. Как будто все вокруг превратилось в один бесконечный оркестр.

– Не слышу.

В углу гаража стоял старый письменный стол, весь испачканный в солидоле и машинном масле. Над столом на крючке висел черный отполированный шлем, идеально отражая в себе все предметы. На столешнице крепились ржавые железные тиски, в губках которых была зажата пожелтевшая от времени карта. Тамура попыталась сдвинуть ручку тисков, но ржавчина сковала их слишком жестко. Тогда черная ведьма просто выдернула бумагу, небольшой уголок которой так и остался в тисках. Затем она развернула ее на столе.

– М5, – сказала она, разглядывая огромную карту. – Самая крупная магистраль России. А на М5 я попаду по А108. А это совсем рядом. Ближайшая заправка здесь, следующая здесь.

– Ты бросишь меня здесь? Одну? – застонала Адель.

– Не сцы, Дюймовочка. Я вернусь за тобой! Лучше открой ворота! – Тамура перекинула ногу через сидение мотоцикла, надела шлем и несколько раз газанула.

– Не бросай! – пыталась перекричать рев байка Адель. – Я здесь пропаду.