Вся пани Иоанна. Том 2 [компиляция]

И опять, который раз, отругал себя Вольницкий за спешку и очередное упущение. Тогда, в день убийства, они пособирали орудия убийства, обеспечили сохранность следов вокруг трупа, но не осмотрели весь дом. То убийство показалось им несложным делом, убийца ворвался, ударил и сбежал. Комиссар так уверовал в описание убившей Кшевца женщины, чуть ли не схваченной на месте преступления, что у него не оставалось никаких неразрешенных вопросов. И торопился как на пожар. А надо было не торопясь как следует осмотреть весь дом.

Он развернул тряпку. И в самом деле мужское кашне. Фуляровое, нарядное, красно-розовые и голубые цвета, какие-то зигзаги и точки. Скользкий, мог легко соскользнуть по одежде или выпасть из кармана.

— Вы уверены, что раньше такого в вашем доме не было?

— Да хоть перед судом поклянусь, ведь я тут убираю и стираю, так что лучше Мирека знаю, какие тут вещи из одежды. И когда эти его суки поганые оставляли в нашем доме свои шмотки, я их двумя пальцами наверх относила, чтобы глаза мои больше не видели, и там оставляла. Девок обстирывать я не собиралась!

— А это не от девок осталось?

— Разве что от той только, которую я в тот страшный день здесь застала. Но как-то к ней это не подходит…

— Вы еще это не выстирали?

— Дак видно же. Выстиранное так бы не выглядело.

Новая надежда зародилась в измученной душе комиссара. Грязный шарфик, им пользовались, множество следов, ДНК… Может наконец что-то прояснится?

— Вот я о чем еще хотел вас спросить, — сказал комиссар, осторожно пряча вещдок в целлофановый пакет. — Вы знали Вивьен Майхшицкую?

— Значит, все остальное я могу в машинку покидать? — спросила Габриэла недовольно. — Больше чужого нет, остальное все наше. Вивьен Майхшицкая, еще чего выдумали… Не она тут была. Ясное дело, знаю. А что? Ее уже давно здесь не было, ведь Мирек гнал ее от себя, на порог не пускал и мне наказал, а она все равно без конца сюда таскалась! Такая нахальная лахудра, сил нет. А что?

— Могла знать о знакомствах вашего брата. Много знать.

— Много! Да она все о нем знала! Везде совала свой нос, вот вы с ней поговорите, она не из тех, что молчат, тараторит без перерыва. Все вам выложит.

— Нет, теперь уже не тараторит. И не выложит. Ее уже нет в живых.

— Это как нет в живых?

— Случайная смерть. В тот же день умерла, что и ваш брат.

— Скажите, какое дело! — удивилась Габриэла, не слишком огорчаясь. — Жаль, что не раньше, хоть на одну было бы меньше… Надо же… И что же с ней приключилось?

— Как долго вы ее знали? — спросил Вольницкий, игнорируя ее вопрос.

— Да добрых… несколько лет. Но я меньше ее знала. Мирек больше. И Кристина, значит, его жена, а я только со времени их развода. Раньше та не показывалась тут, Крыська ее не пущала, и вообще при ней девки так сюда не пхались.

— А как вы познакомились?

Габриэла задумалась, непроизвольно глянула на плиту, включила электрический чайник и потянулась за стаканами.