Безумие на двоих
- Автор: Хан Наргиз
- Серия: Останови моё безумие #2
- Язык: русский
- Жанр: Современные любовные романы
Электронная книга - «Безумие на двоих». Краткое содержание книги:
− Прекрати, мама, пожалуйста! Влад любит меня так, как никто и никогда не сможет полюбить. Ты даже не стараешься понять меня. Раз так, просто не говори отцу, хорошо?
Она снова задрожала от накативших слёз, отпустила меня и заплакала, уже не таясь.
− Недавно мы потеряли ребёнка, − я не знаю, зачем я сказала ей об этом, боль от потери сына до сих пор жгла меня изнутри и говорить об этом человеку, который видит в нас с Владом один лишь грех, было вдвойне мучительно, пусть этим человеком и была моя собственная мать.
− Не смотри на меня так, − осуждающе бросила я, опуская голову на колени. Даже не видя её, я знала, что ключевым в моём признании для неё была не потеря малыша, а само его греховное зачатие. − Влад подписал все бумаги согласия на аборт, чтобы спасти мне жизнь, − голос мой срывался, то повышаясь, то понижаясь.
− Где я могла так ошибиться? Что я сделала не так, что Господь наказывает меня таким образом. Почему разрешает моей дочери погрязнуть в грехе? − причитала она, раскачиваясь взад-вперёд на моей кровати.
− Не разрешает, − пробормотала я, неосознанно желая, чтобы мама меня услышала. − Поэтому отправляет меня в ад. Очень скоро я буду там, в искуплении.
− Боже, Мира! − воскликнула мама, в панике уставившись на меня.
− Это правда, мама. Я уйду. Твой Бог разлучает меня с моим братом. С моим возлюбленным братом. − Я смотрела на неё широко распахнутыми, не мигающими глазами, а потом первая покинула свою комнату, проходя в заполненную родными гостиную.
Она не рассказала отцу, но, не потому что приняла или поняла, а потому что поверила в мой… уход. Я благодарна ей хотя бы за то, что она решила не омрачать последние месяцы моей жизни. Я благодарна.
− О чём задумалась? − слышу Его голос и улыбаюсь, рассеивая в памяти последний, да, наверное, последний, разговор с матерью.
− Ни о чём? − словно предлагая ему варианты ответа, проговариваю вполголоса.
− Согласен, − улыбается Влад, щелкая меня по носу.
− Как тебе нравится в Швейцарии?
Я морщу нос.
− Вижу, что нравится, − смеётся, обнимая меня за плечи.
− Нравится, что ты рядом, − серьёзно говорю, смотря вверх на него.
− Мне тоже это нравится, − сжимает крепче, смотрит долго, улыбается шире, − то, что я рядом.
− А ещё здесь снег, много снега. Ты же знаешь, как я люблю…
− …его. Знаю, − нагло и в то же время вовремя прерывает меня. − Я улыбаюсь вместо того, чтобы сердиться и откидываю голову назад, позволяя ему вести меня, обнимать.
Не смотря на то, что Влад выполнил моё желание и увёз меня, к тому же в самое потрясающее на земле место, окружённое горами в белых шубках пушистого, но властного снега. С воздухом, который не требует вдоха, незаметно просачиваясь в лёгкие через каждую пору кожи. В дом на самой окраине, где мы можем ни от кого не скрываться и одновременно спрятаться от остального Мира Не смотря на все эти чудеса, сотворённые им для меня, он привёз меня сюда только потому, что продолжал верить в моё спасение, единственное, что волновало и занимало его мысли все эти дни напролёт, что мы успели провести в этом раю.
Я была обследована с небывалой в моей жизни до этого тщательностью, от банального общего анализа крови до биопсии сердца в одном из лучших институтов мировой трансплантологии Hospital Clinic. Но позже я поняла, что меня не собирались просто лечить, меня поставили в очередь для пересадки донорского сердца.
− Малыш, ни о чём не беспокойся. Просто доверься мне, − объяснил мне Влад, когда мы покинули институт и сели в арендованный им на время пребывания здесь чёрный автомобиль.
− А кому доверишься ты? − парировала я. Он лишь слабо усмехнулся, заводя двигатель.
В ответ я получила только это и тягучее, как карамельное желе молчание.
− Тебе, любовь моя, только тебе… − прошептал он после, когда мы уже подъезжали к нашему семейному гнёздышку.
Здесь всё было по-другому, и Влад был другим: он быстро обошёл автомобиль и открыл дверцу с моей стороны. Я недоумевающе смотрела на него, не в силах озвучить своё смятение.
− Обхвати мою шею руками, − мягко и покровительственно попросил, чуть нагибаясь ко мне. Я не понимала, зачем он это делает, пока не понимала, но сделала в точности, как мне было велено.
Сильные руки подняли меня над землёй и вытащили из машины, захлопнув дверцу ногой, а потом наши взгляды встретились, и ко мне пришло осознание.
Оно было прекрасным, как не застигнутая врасплох утренняя роса или цветок инжира, кочующий из одной легенды в другую, но остающийся недостижимой грёзой безумца. И горьким и щемящим душу, как те же капли живительной росы слизанной с куста крапивы, и те же плоды смоковницы, не отдающей своего дара, не опалив жестокосердными жгучими листьями просящие руки.