Белая Смерть [ЛП]

Она ахнула от неожиданности, но в остальном не издала ни звука.

Он начал дёргать узел пояса, удерживавший её халат запахнутым, развязал его и распахнул полы. Он схватил Уинтер за бёдра и дёрнул к себе по матрасу. Когда он накрыл её губами с наполовину удлинившимися клыками, она удивлённо вскрикнула, затем этот звук сделался более надрывным… и превратился в стон.

— Ник… — прохрипела она, вцепившись в его волосы руками. — Мы не можем. Мы не можем…

Её слова перешли во второй стон, и она запрокинула голову, когда он скользнул в неё пальцами. Он всё ещё использовал язык, подавляя желание вонзить клыки во внутреннюю сторону её бедра. Он ощутил укол боли в груди и застонал, уткнувшись лицом в её бедро и закрыв глаза.

— Ты правда хочешь, чтобы я остановился? — спросил Ник.

Её пальцы сжались в его волосах.

— Конечно, я не хочу, чтобы ты останавливался, — произнесла она, хватая ртом воздух. — Зачем ты остановился?

— Ты сказала, что мы не можем.

— Ты опять возбудился из-за Даледжема? — спросила она жёстким, почти обиженным тоном. — В этом дело, что ли?

Ник зарычал на неё. Ничего не сумел с собой поделать.

— Проклятье, Уинтер… почему? Почему ты до сих пор на этом зациклена? Это ты. Ты знаешь, что это ты. Любые сомнения, которые могли остаться у нас обоих, теперь развеялись. Я это знаю. Ты это знаешь…

— Он всё равно красивее меня, — упрямо сказала она.

— Хрень собачья, — прорычал Ник. — Ты вообще себя слышишь, бл*дь?

Воцарилось молчание, и он чувствовал, как она борется с иррациональностью своей реакции на Джема. Он ещё даже не укусил её, но готов был поклясться, что до сих пор чувствовал её злость, пока она боролась с этим чувством, и какая-то её часть хотела злиться на него из-за того, что логически не имело никакого смысла.

Забавно, но это напоминало ему Даледжема.

Это напоминало ему, как Джем просыпался после снов, где Ник изменил ему или дерьмово с ним обращался, и потом Джем всё утро злился на Ника, виня его за то, что сделал Ник-из-сна.

Ник вспомнил, как он справлялся с видящим в такие периоды, и почувствовал, что его член стал ещё твёрже.

Он забрался на Уинтер, оседлав её на постели.

Он стиснул её волосы одной рукой и, возможно, впервые по-настоящему ощутил её как Джема. Не просто в какой-то абстрактной я-знаю-что-это-правда-но-это-всё-равно-слишком-странно манере; он буквально ощутил там продолжение, странное чувство завершённости, словно какая-то часть его самого вернулась к нему.

При этой мысли Ник погрузил клыки в плечо Уинтер, ощутив её реакцию, и она застонала, вытянув ноги в своеобразном блаженстве и стиснув его руки маленькими ладошками. Он рычал, пока пил, и его раздражение окрасилось почти весельем, когда он почувствовал её желание злиться на него.

Совсем как Джем, бл*дь.

В точности как Джем, бл*дь.

Он поднял голову, посмотрев на неё.

— Ты — это он, — сказал Ник ворчливым тоном. — Ты правда не понимаешь? Со временем я чувствую это всё сильнее. Я постоянно ощущаю, что ты вспоминаешь. Я чувствую, что ты вспоминаешь меня. И да, это охеренно меня заводит. Почему, чёрт возьми, это не должно меня заводить, Уинтер?