Сказания Заморавии

Альмарис только молчал. В душе он соглашался со своими воинами, потому что их предположения были правдой: он следовал плану, составленному Крейвеном. Варвар приказал архимагу дать ему небольшой отряд для поимки Волбура, а самому архимагу руководить войсками внутри Селлнана и не вступать в бой, пока заветный артефакт не будет в руках у Крейвена. Это гарантировало сохранение жизни варвару и его отряду, потому что Альмарис, тайно связанный с тёмными силами, мог использовать магию против Крейвена.

Связанный клятвой Бессмертной чести, Альмарис корил себя за это соглашение с варваром и терпел нападки со стороны своих воинов, в числе которых оказалась и Селлнимвель.

Гаэрвалка неохотно последовала приказу Крейвена и осталась в башне командовать лучниками на крыше. Но спустившись вниз, доложить, что отряд Крейвена ударил в тыл врага, заметила бездействие Альмариса и его магов, что сильно возмутило её.

– В чём дело, великий маг? – спросила Нимвель. Глаза её пылали, как глаза варвара, стройная фигура напряглась, – Почему вы не участвуете в обороне?

Альмарис лишь отдавал короткие приказы воинам, удерживающим восемь крепких дубовых ворот.

– Испугались? – эльфа вперила свой взгляд в Альмариса.

Он повернулся к ней и так же коротко сказал.

– Я подчиняюсь приказу Крейвена.

Он был в полнейшем смятении. С одной стороны, связь с силами тьмы заставляла его подняться на крышу и запустить в Крейвена огненный шар, испепелив варвара; но с другой стороны клятва Бессмертной чести могла убить его, если он посмеет причинить вред Крейвену или кому-то из его отряда. Альмарис, служитель светлых и тёмных сил, был доблестным магом, эльфом чести, поэтому взяв себя в руки и отогнав шепчущий в голове повелительный нежный голос, который умолял и подталкивал убить, начал отдавать приказы воинам и принялся сам устанавливать укрепляющие балки к воротам.