Тень Серафима [АТ]

— Извини, — быстро сказал Себастьян, также не повышая голоса и мимоходом проверяя — нет ли на пальце обручального кольца. Тон вредной девицы живо напомнил ему повелительный тон супруги после десяти лет совместной жизни. — Но не я виновник того, что произошло. Я рад, что всё обошлось, но сейчас мне нужно уходить.

— Что? — кукольное лицо Софии вытянулось от обиды, но уже в следующий миг она мужественно взяла себя в руки, не желая терять контроль над ситуацией. — Мы пойдем вместе. Я буду следовать за тобой, куда бы ни завела тебя судьба наемника.

— Нет, — Себастьян уже начинал терять терпение от её неразумной настойчивости. Желая как можно яснее донести свою мысль, он придал голосу достаточно резкости. — Ты немедленно вернешься в дом святого отца. Там, в безопасности, ты сможешь спокойно дождаться моего возвращения.

— Ну хорошо, — неохотно сдалась девушка, узнав этот спокойный, но в то же время не терпящий возражений тон. Она уже успела близко познакомиться с ним. — Может быть, ты хотя бы расскажешь мне, что произошло?

— Не думаю, что это необходимо, да и хотя бы возможно, — осторожно заметил ювелир, отрицательно покачав головой. — По моему опыту, обладание подобной информацией существенно укорачивает жизнь. Поверь, не стоит рисковать понапрасну.

— Так ты действительно видел дракона, Серафим? — недоверчиво предположила Искаженная и по неуловимо изменившемуся лицу ювелира поняла, что попала в точку. В этом-то и крылась причина, по которой спутник желал сейчас же удрать в неизвестном направлении! Любая женщина на подсознательном уровне стремится пресечь такие попытки в зародыше. — Ну и что же? Куда ты собрался идти? Даже если ты прав, и тот, кого ты подозреваешь, в самом деле дракон, — что это меняет?

— Я не ошибся, София, — чуть скривился мужчина, не понимая, почему должен оправдываться и что-то доказывать. — Я действительно видел дракона и говорил с ним. Сомнений тут быть не может.

— Ты говорил с драконом? — на лице девушки отразилось замешательство, мгновенно сменившееся жгучим, пытливым любопытством. — Ничего себе! И о чем же?

— Я задал вопрос, касающийся моего текущего заказа, — уклончиво ответил ювелир, незаметно отодвигаясь к выходу. По правде говоря, он не очень хотел касаться этой щекотливой темы.

— А он?

— А он ответил.

С удивлением Себастьян обнаружил, что девушка сделалась необыкновенно, неприятно навязчива. Её детское любопытство, прежде казавшееся столь милым и непосредственным, понемногу начинало раздражать. Почему вдруг такие перемены? Может, просто кажется? Или после головокружительного поцелуя убийцы София выглядит слишком простой, даже обыкновенной? Или же, наоборот, случай в «Шелковой змее» заставляет его испытывать неловкость рядом с той, к которой начали зарождаться какие-то чувства? Да уж, в ужасное положение он сам себя поставил…