Розыгрыш или реальность

— Это я виноват, — повинился командор ар Айдар и сразу как-то сдулся, виновато глядя на Херона. — Не предусмотрел, что она захочет покинуть каюту. Ни одна берсайка без спросу бы не сделала такого. Но она не берсайка! Теперь я это запомнил чётко и навсегда!

— Мы все хороши, — покаялся Эол, — Нужно сделать так, чтобы возле неё один из нас был всегда, при любых обстоятельствах. От Карины зависят наши жизни. Особенно сейчас, когда формируются связи. Её охрана должна быть в приоритете.

Все мужчины согласно закивали.

— Эол, ты же не всерьёз сказал, что обратишься в СЕРР за разводом? — Шиан пристально посмотрел на друга, словно хотел проникнуть в его черепную коробку и покопаться в мыслях.

Мужчина поджал губы и отвёл взор в сторону от настороженных взглядов друзей. Было стыдно признаваться в собственных дурости и ревности, которые застлали глаза пеленой, когда он увидел счастливого Шиана и держащуюся за его руку Карину.

— Не всерьёз, — процедил он сквозь зубы. — Завтра с ней поговорю, и пусть она решает, станем мы не номинально мужем и женой или нет. Пока есть возможность всё отменить до консумации брака.

На последних словах мужчины недовольно заворчали, хотя понимали, что Эол вправе рассчитывать на внимание жены ничуть не меньше, чем остальные.

— Идёмте спать. Я уже хочу обнять жену, — неожиданно сказал Херон и, не дожидаясь остальных, направился вглубь пещеры, где на мягком ложе мирно посапывала малышка, которая уже не один раз спасала его.

Карина спала и даже представить не могла, какой жаркий спор разгорелся между четырьмя мужьями, которые решали — кто займет место рядом с женой. Спор был практически без слов. Со стороны это слышалось как шипяще-рычащее-гарчащий шёпот. Всё прекратилось в одночасье, когда Эол дал подзатыльник раздраженному наагату, а задиристого Берка уложил рядом с Кариной справа. Померявшись взглядом с Хероном, отошёл в сторону, жестом предлагая лечь со второй стороны от жены. Херон улыбнулся мальчишеской улыбкой и упрямо мотнул головой, отказываясь от такой привилегии. И лег со стороны головы Карины. Целуя спящую женщину в макушку и с упоением вдыхая запах на пушистой макушке. Шиан, успокоившись, вздохнул и тоже отступил в ноги, уступая место слева от жены Эолу. Это было справедливо. Всё-таки последние несколько дней он единолично провел с женой. Перетек в свою истинную форму и улёгся, разложив хвост так, что кончик оплел щиколотку спящей девушки. Эол посмотрел на устроившихся мужчин и тоскливо вздохнул, укладываясь слева от жены. Близость со спящей была желанна, но в то же время и мучительна.