Жизнь за жильё. Книга вторая
- Автор: Тагиров Роман
- Серия: Лейтенант Кантемиров #2
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Камрад
- Жанр: Криминальные детективы
Электронная книга - «Жизнь за жильё. Книга вторая». Краткое содержание книги:
Возникает конфликт интересов, в который втягивается тамбовская группировка. Вскоре в городе появляется мощное охранное предприятие, которое станет известным, как «ментовская крыша»…
События и имена придуманы автором, некоторые вещи приукрашены, некоторые преувеличены. Бокситогорск — прекрасный тихий городок Ленинградской области.
И многое хорошее из воспоминаний детства и юности «лихих 90-х» поможет нам сегодня найти опору в свалившейся вдруг социальной депрессии экономического кризиса эпохи коронавируса…
Свою первую рюмку водки студент Ваня Шильд выпил довольно поздно — в шестнадцать лет, на втором курсе техникума вместе с двумя друзьями прямо перед демонстрацией трудящихся в день Великой Октябрьской революции. Опытные сокурсники предложили Ване сообразить на троих с единственной благой целью — чтобы веселей держать знамёна, кричать «Ура» перед трибуной и не замёрзнуть под пронизывающим осенним ветром с Финского залива. Друзья хотели как лучше…
Пили, расположившись на старом токарном станке, в тёмном пыльном закутке в мастерских учебного заведения. Будущий технолог выпил первые в жизни пятьдесят грамм водки, закусил яблоком, и тут ему стало плохо. Два собутыльника стойко выдержали свои положенные сто пятьдесят грамм, от души посоветовали слабому товарищу научиться пить и оттащили парня в раздевалку, где уложили в самом дальнем углу, заботливо положив под голову Ванину куртку.
Всё бы закончилось тихо и мирно, но студент очнулся, вспомнил про всеобщую демонстрацию трудящихся, быстро вскочил и решил поддержать товарищей личным присутствием. Голова молодого человека закружилась, и Ваня громко заблевал угол раздевалки.
На шум прибежала гардеробщица и потребовала от студента убрать за собой. Может быть, этот печальный опыт первой рюмки и закончился бы уборкой в гардеробе, но, видимо, удача в этот красный день календаря оказалась не на стороне будущего техника-технолога четвёртого разряда.
Мимо проходил завхоз учреждения средне специального образования, упитанный мужчина небольшого роста, больше известный среди студентов как Миша-Боря. Завхоз Михаил Борисович Кац, пенсионер МВД и одновременно дальний родственник директора техникума оказался очень хозяйственным мужчиной, однако пользовался в учебном заведении дурной славой…
Все знали, что завхоз «стучал». Не в смысле — заколачивал гвозди в стены учебного заведения, как того требовала его должность, а совсем в другом смысле — у мужчины присутствовала нездоровая страсть к доносительству. Миша-Боря состоял на связи у курирующего химико-технологический техникум офицера КГБ и стучал на всех, на кого мог. Даже на своего родственника…
Сотрудник техникума, проходя мимо раздевалки, очень спешил выразить в едином строю свою солидарность со всем мировым пролетариатом; но, вдруг услышав шум и заметив в углу бутылку с легко узнаваемой этикеткой, решил вначале навести порядок во вверенном ему учреждении. Да и пройти мимо пузыря с остатками водки (примерно сто грамм — честно оставленная доля третьего), стоявшего рядом с провинившимся студентом, завхоз физически не смог.
Аккуратно взяв за горлышко, Миша-Боря заговорщицки прошептал гардеробщице умные милицейские слова: «Отпечатки пальцев…» и ринулся на второй этаж в кабинет директора техникума. До двери кабинета дошла только пустая бутылка «Русской» в виде вещественного доказательства беспробудного пьянства студента Шильда в этот знаменательный во всех отношениях день.
Покрасневший от ста грамм на халяву завхоз Кац заложил парня своему дальнему родственнику по-милицейски быстро и с потрохами.
Ваня был воспитан на непростых улицах города трёх революций, поэтому молчал, как партизан, и не сдал своих товарищей-собутыльников.
В итоге разбора полёта блевотины по раздевалке выяснилось, что студент второго курса, наплевав на историческую дату «Красного октября», в одиночку вылакал целую бутылку водки и в итоге запачкал общественное место. Доклад гардеробщицы тёти Вали, пытавшейся защитить парня сообщением о том, что в бутылке ещё сохранился остаток, не был всерьёз принят к рассмотрению.
Да и главный вопрос дня был не в том, что студент техникума напился в стенах альма-матер… Эти стены и не такое видели… А в том, что комсомолец Шильд в день Великой Октябрьской Социалистической революции откололся от коллектива и не смог из-за своего пьянства присутствовать на демонстрации всех трудящихся города. Да что там — города? Всей страны!
А если он пропустил данное событие умышленно, то следует ставить вопрос об исключении этого проходимца из стройных рядов комсомола. И автоматически — исключить из техникума, так как не место не комсомольцам среди молодых строителей (в нашем случае — техников-технологов) светлого будущего.
Тот испуг шестнадцатилетнего парня Иван запомнил на всю жизнь. Большего ужаса, чем исключение из комсомола, гражданин страны Советов просто не мог себе представить. Думал — всё! Жизнь кончилась…