Дребезг Звёзд

Предстоял ещё один бросок до очередной стоянки. Привал на ночлег можно было сделать и раньше.

До ближайшего места не так много, как кажется. Снова встречают рассвет в дороге, снова тропы средь вершин гор, пастушеские пастбища, хатки на далёких холмах — много всего, чем можно насладиться, почерпнуть для себя вдохновения, набраться новых мыслей. Если за этим наблюдать и к этому стремиться. Возможно, однажды, Сон даже вернётся сюда. С куда более светлыми мыслями и другой компанией. Возможно. Однажды. Сейчас ему едва ли хотелось об этом думать.

Спустя какое-то время пути показался ещё один оставленный туристический домик. И совсем без людей Только невысокая хата гуцул-хозяев, которые присматривали за ним. Дом небольшой, в два этажа, но значительно меньше предыдущего прямо скажем особняка. У гуцул попросили молока и крова, скинули рюкзаки в сарайном помещении первого этажа. Поднялись на второй, в две комнаты. Одна — небольшая кухня, другая — для отдыха, с «кроватью» из двух сдвинутых лав. На них можно было разместить спальники и отдохнуть.

Так и сделали.

Уже раскинувшись на своём импровизированном ложе, они обнялись, прижимаясь друг к другу. Укутались в один спальный мешок, согревая друг друга, утопая во взаимных ласках. Снова устали, снова измождённые — но всё ещё вместе. А если вместе — разве не повод для новой, короткой любви, тем более, что они заслужили.

Пускай весь мир подождёт. Они имеют права на счастье. Даже находясь на самом дне, имея лишь тьму в конце тоннеля и билет на ещё более глубокое дно, хочется верить, что именно там, в глубине одной лишь тебе ведомой бездны да будет свет. И, что характерно, ты его находишь. А потом и всплывать не тянет. Потому что зачем, когда любимое дно милее любой поверхности. Особенно, если ты так долго, целенаправленно и уверенно шёл к нему. Тяжело отказаться от обретённого. Да и дно ли это — делить постель с любимым человеком?

Нет, это счастье. И они сейчас были счастливы.

Так и уснули, до самого вечера.