Вся пани Иоанна. Том 2 [компиляция]

— Да ни в чем я его не убеждал…

Нет, если я завелась, нескоро успокоюсь.

— А у этого вашего Хени вообще-то руки есть? Он не паралитик? Водителю не положено перетаскивать тяжести, знаю, так пришлите вместе с ним еще одного. У нас же безработица!

Вы сами, пани Иоанна, говорили, безработица у нас заключается в том, что некому работать.

— Тогда пусть захватит с собой какого-нибудь молодого бомжа.

— А как вы думаете, почему человек в молодости становится бомжем?

Политика довела меня до крайности.

— Так вы мне пришлете вашего Хеню? Лично прикончу подонка!

— До того, как вывезет, или после?

— После!

И спохватилась — нет, после ярость моя уляжется. Да он и не вернется, сбежит, узрев мегеру. Ну тогда вас убью! Сделайте же что-нибудь!

— Чай, с вашего разрешения. Что же касается Хени, то он, откровенно говоря, вас немного побаивается.

Учитывая, что я никак не могла вспомнить прямой контакт с пугливым Хеней и даже не знаю, как он выглядит, это мне показалось странным. Я знала многих рабочих пана Ришарда, но с Хенриком была незнакома. И встревожилась:

— Я ему сделала что-то плохое?

Пан Ришард, знавший мой дом лучше меня, поскольку он его сам строил, уже хлопотал над чаем.

— Вам тоже приготовить чай?

— Нет, спасибо, я уже пью, только долить немного. И пошли в гостиную, там приятнее. В чем дело с этим Хеней? В принципе мне нет до него дела, но я хочу, чтобы убрали оставленный телефонистами мусрр. Послушаешь вас, так я сама должна таскать его в целлофановых пакетах?

Пан Ришард даже в лице изменился, должно быть, ему вовсе не хотелось заставлять меня заниматься непосильным трудом. Или, возможно, увидел в своем воображении мой изможденный труп, павший на пол-пути.

— Пани Иоанна, да вы просто не смотрите в ту сторону, отсюда, к счастью, и верба заслоняет, а завтра я их заставлю убрать. Что же касается Хени… Началось все с вашей зажигалки, тогда вы мне велели и всех моих рабочих расспросить, не видел ли кто чего подозрительного. Ну и Хеня тоже в то время был.

Тут пан Ришард замолчал и отхлебнул чай. Мне он показался немного смущенным. Я терпеливо ждала продолжения. И он, запинаясь, продолжил:

— Сам не знаю, как лучше сказать. Глупо как-то это выглядит.

— Скажите просто, посоветовала я. — Хеня ее стибрил?

— Да что вы! Наоборот. Сначала… нет, немного позже, когда мы стали сопоставлять показания, Хеня вдруг стал крутить-винтить… Ладно, скажу прямо — он бросил подозрение на пани Юлиту.

Моему изумлению не было пределов.

— Но с какой стати, господи?..

— Потому что она вернулась. Так заявил Хеня. И настаивал на этом.