Иное утро

– Нет! – крикнула Тимия и оттолкнулась руками от кровати в направлении двери.

Повернула в дверной проем и оказалась в столовой компании. На столами сидели ее коллеги и что-то судорожно, и даже на чуть повышенных тонах, обсуждали.

– Люди это мальки в лягушатнике, мы ничего не смыслим в мире! – говорил один.

– Ты не прав, – говорил второй, – мы хоть и мальки, но не в лягушатнике, а в море!

– Мне не нужно море. Я хочу на океан, – завывал третий.

– Плавать научитесь, – сказал Тунсцентс положив руки на плечи коллег сзади и смотрел на Тимию, – ты тоже.

Один его взгляд был сравни всей славы мира, всему великолепию богатства из славы выделенной, всему что ты хотел видеть в последний момент своей…

Тимия рванула вперед, к следующей двери, которая должна была бы вести в копировальную, но вела в ее родную квартиру.

Часы Биг-Бен тихо стучали секундной стрелкой в обратном направлении, а телевизор застрял на изображении повтора. На диване лежал златоройный бог и скучающе изучал пульт.

– Интересное изобретение, – сказал он. – Как давно сделали? И что он… Ну куда ты опять?

Тимия рванула в туалет.

Туалета – конечно же – не было.

Зато был зал филармонии в которой работала мама. Тимия бежала между рядов кресел, а на сцене заиграла невидимая музыка. Рвали виолончели, трубили саксафоны, бренчали…

Бог был и тут, он дирижировал палочкой из слоновой кости в пустоте для пустоты.

Тимия добежала до прохода, квара уже был перед ней.

– Хватит, ей богу, я устал, – сказал он и скривил свое потрясающее лицо без единой морщинки или прыщичка, без единой черной точки и, – Давай просто…

Тимия не стала дослушивать и опять развернувшись побежала к сцене.

– Черт, – тихо выругался бог и опустил голову.

Оглушающяя музыка рвала барабанные перепонки, голова начинала кружиться, в голове кружиться балерины, но Тимия не останавливалась пытаясь вспомнить где тут был проход в закулисье и комнаты музыкантов.

Вбежав под массивные бархатные шторы она оказалась в белой, пустой, квадратной комнате с одним только стулом посередине.

– Неееет, – простонала она.

– Запыхалась? – сказал положивший свою руку на плечо Тунсцентс. – Присядь, – он толкнул Тимию вперед.

Тимия успела сделать только пару шагов до того момента как, не по своей воле, оказалась в кожанном кресле.

– Арфо! Арфо! – кричала она. – Помоги! Это можно остановить!

– Я не хотел, – сказал чей-то мужской голос и Тимия открыла глаза. Перед ней стоял, чем-то похожий на Хемингуэя, старик в очках и пистолетом в руках. – Я не хотел, – он поднял ствол и направил в лицо Тимии, – прости…