Танцы на стёклах

— А чего ты хочешь, Лана? — низкий голос Джареда и его закрытые глаза, придают смелости.

Мной управляет животный инстинкт. Желание познать его тело, увидеть… потрогать…

Из моей груди невольно вырывается стон, когда я запускаю руку за пояс брюк и сжимаю его член без всяких преград.

Я еще никогда ничего подобного не делала. Наверное, для него я неопытная дуреха, это так и есть…

Его горячая и твердая плоть обжигает мою ладонь, но я сжимаю смелее, скольжу рукой по всей длине.

Хочу увидеть. Сдерживаю себя, чтобы не сказать ему об этом.

— Я хочу… — облизываю губы, зная, что Джаред видит меня из-под прикрытых век. Его руки вдруг резко сжимают мои бедра, я вскрикиваю.

Моя ладонь уже бесстыдно скользит по его члену, я понимаю, что окончательно перешла черту. Точку, за которой нет возврата к прежней Мэл и к жизни.

Я хочу принадлежать Джареду, без остатка. Прямо сейчас.

Между ног все ноет, предвкушая то, что случится совсем скоро… я одержима. Джаред уже не может сдерживаться.

Потому что, когда он открывает глаза, в бездне из серебра я вижу зверя, который больше не собирается ждать.

— А ты развратная девочка, meligim. Разве стоило так долго сопротивляться, — шепчет Джаред, пока мое сердце ломает ребра изнутри. — Лана… Sharmutah sugaiarah… (араб. маленькая шлюшка).

До меня не сразу доходит смысл его слов. Но они царапают по сердцу, задевают во мне какие-то оборванные струны души. Я не в силах остановить панику и боль, захлестнувшую сердце.

«И как тебе не стыдно, похотливая сука? Sharmutah sugaiarah…» — слышу голос из воспоминаний. В голове раздается собственный крик, глаза жжет из-за непролитых слез.

Все происходит за считанные секунды. В легких не хватает воздуха, разум наконец-то доносит до меня свой предупреждающий крик.

Джаред думает я идиотка, наивная дура, которая попалась в его плен. Я хотела отдать ему всю себя, но для него это игра, для него я лишь очередная похотливая сучка, которая не устояла перед ним. Sharmutah sugaiarah. Я знаю, что это значит.

Мне становиться так стыдно, за свои грязные мысли, за то, как я беззастенчиво сжимаю его член, изнемогая от желания почувствовать в себе. И не просто почувствовать. Я хочу, чтобы он, как и обещал… поимел меня во всех смыслах… заполнил. Забрал. Присвоил.

«Жалкая потаскуха. Тебе должно быть стыдно. Тебе стыдно, шлюха малолетняя?» — голос разрывает виски, я одергиваю руку, начинаю жалобно стонать, хватая себя за волосы.

— Нет! НЕТ! — слезаю с Джареда, он не понимает, что происходит. Он уже был на пути в рай. Мы были. В один момент восточная сказка превратилась в размазанное черное пятно из хаоса в моей душе: невыплаканной боли, разрушающих воспоминаний…

Нет. Как я могла? Чем я думала? Так грязно соблазнять его. Я же сама к нему лезу. Ласкаю. Хочу делать с ним такие вещи, от которых краснеют щеки. Мои бедра, моя плоть… все влажное и готовое для него, и в последнее время это происходит слишком часто.