Путешествие к живым
- Автор: Гаскар Пьер
- Год: 1960
- Язык: русский
- Переводчик: Л. М. Завьяловва
- Жанр: Путешествия и география
Электронная книга - «Путешествие к живым». Краткое содержание книги:
В 1956–1957 годах Гаскар по приглашению Всемирной организации здравоохранения совершил большое путешествие по странам Азии и Африки. Он посетил Индию, Таиланд, Сингапур, Индонезию, Филиппины, Эфиопию, Судан и Сомали. Результатом этой поездки явилась предлагаемая читателям книга «Путешествие к живым» (1958 г.).
Население стран, которые посетил Гаскар, подвержено тяжелым тропическим болезням, усугубляемым примитивными условиями жизни, недоеданием или голодом, бедностью или нищетой и другими спутниками или остатками наследия колониализма. В задачу Гаскара входило непосредственное ознакомление с условиями жизни коренного населения и с работой врачей и медицинских работников ВОЗ по лечению и профилактике наиболее распространенных тропических болезней.
Само слово «прокаженный» ассоциируется с беспросветным мраком, вселяет ужас. Люди пытаются изгнать это слово из своего лексикона, заменив выражением «больной проказой». Тем не менее я продолжаю писать «прокаженные». И позволяю себе это не потому, что не понимаю значения этого печального слова, а потому, что вкладываю в него ровно столько, сколько оно означает. До последнего времени больных проказой подвергали пожизненной изоляции в лепрозориях, а людей, соглашавшихся за ними ухаживать, считали подвижниками, приносящими себя в жертву во имя человеколюбия. Таким образом, прокаженные невольно становились поставщиками святости: служение им обеспечивало место в раю. Ставят ли люди перед собой такую цель сегодня? Не наступило ли время, когда рай, прежде достигавшийся ценой человеческой жизни, должен стать доступным лишь живым людям в их земном существовании?
Не знаю, почему я говорю о рае. Быть может, под впечатлением тихого таиландского утра… Сойдя с поезда, мы проходим по базарной площади городка Конкен.
Здесь все напоминает Китай: его границы уже совсем близко. С давних пор китайцы переселялись в эти края. В Таиланде насчитывается свыше трех миллионов китайцев.
В Конкене мне предстояло встретиться с испанцем и таиландцем, работающими над новым методом лечения проказы. Испанский врач живет на краю города в большом деревянном доме, притаившемся в тени обступивших его деревьев. Молоденькая босоногая служанка проводит нас через длинную комнату; в глубине ее стоит алтарь для отправления мессы, бедный алтарь, похожий на старинный, слишком высокий туалетный стол, с которого сняли флаконы, оставив лишь два деревянных подсвечника. Над алтарем возвышается крест. Снаружи — яркое утро, а здесь — неожиданная тень.
Испанский врач торопливо выходит к нам, бормоча извинения и на ходу приглаживая черные волосы. По-видимому, ему нет и тридцати. Он худощав, не очень высок, носит короткие усики. Его внешний вид, подвижность успокаивают меня. Он задает мне вопросы. Нет, я ничего не знаю о проказе, почти ничего, только то, о чем повествует притча.
— Неважно. Все очень просто. В течение двух недель любой может узнать о ней столько же, сколько знаю я. Мы поедем туда вместе.
И снова утро. Мне вспоминаются другие утра, похожие на это. Я всегда стремился побольше узнать о болезнях, которыми страдают люди. Я посещал больницы. Врачи назначали мне свидания по утрам. Обычно больницы — это строения, расположенные вдали от жилья, среди больших парков, засаженных деревьями, названия которых я никогда не слышал. Все было спокойно. Болезни, уподобившиеся ссылке. Утро. Мне говорили: «Начнем наш обход. Я буду объяснять». Отворялась первая дверь, и внезапно я чувствовал, что того мира, в котором я только что находился, больше не существует. Я попадал в другой мир, в другое время, в нем звучал другой язык, царила другая тишина. Это был мир страданий, заточивший в темницу свежее утро.
Сегодня я испытываю то же самое. Стены лепрозория возвышаются вблизи Конкена. Медицинский персонал располагает здесь своими лабораториями, палатами для врачебного осмотра. Проказа вызывает снижение процента гемоглобина — белокровие. Таиландские сестры милосердия размазывают между двумя стеклянными пластинками каплю крови, сравнивают результаты. На столе лежит кирпич. Он яркого розовато-коричневого цвета: такой бывает окраска первого пятна на теле больного проказой. Цвет кирпича служит критерием, напоминает о веках позора, возрождает миф о проказе. Долгое время, иногда годы, человек носит болезнь в себе, не испытывая никаких страданий, и вдруг, внезапно, на его теле появляется розовато-коричневое первородное пятно, которое постепенно расползается. С этого момента все кончено, человек отдан во власть болезни. Он осужден на проклятие, никогда уже не обрести ему прежней чистоты. Не иначе, как все силы неба и ада потребовались для того, чтобы по земле ходили люди, покрытые пятнами проказы.
Теперь я должен вновь проделать аналогичный путь. Мне предстоит открыть проказу и одновременно тех, кто ею страдает.
Проказа в Конкене
12 ноября. В лепрозории я пробыл недолго. Это селение с серыми дощатыми домиками барачного типа; больные живут в них семьями и поодиночке. Бараки окружены широкими лужайками, по которым уныло бродят больные. Здесь все мрачно, беспросветно. Выздоровление приходит нескоро. Это один из последних лепрозориев. Испанский врач и его таиландский коллега стоят за закрытие всех учреждений подобного типа. Эта идея родилась как результат многочисленных наблюдений и эпидемиологических обследований, широко применяемых в работе Всемирной организации здравоохранения. Разумеется, речь идет не о переписи всех прокаженных Таиланда, а о сборе конкретных данных, касающихся того, что сейчас называется санитарным, экономическим и социальным «контекстом» проказы. Главная цель этого мероприятия — выработать метод лечения больных сульфонами. Сульфоны излечивают проказу, но действуют медленно. «Побеление» пятен зачастую начинается лишь к концу второго года лечения, проводимого почти ежедневно. Кроме того, лечение сульфонами часто сопровождается сильными обострениями, воспалениями кожи и снижением процента гемоглобина. Проводить лечение этими лекарствами можно только под наблюдением врача. Оригинальность нового метода борьбы с проказой, предложенного испанским и таиландским медиками, заключается в отказе от госпитализации больных и в переходе к лечению их в домашних условиях. Это потребует создания медицинских бригад, в обязанности которых входило бы систематическое снабжение деревень лекарствами и наблюдение за больными, проходящими курс лечения. В ряде случаев положение осложняется тем, что деревни находятся друг от друга на большом расстоянии и сплошь да рядом лишены удобных дорог. Чтобы обойти эти трудности, предполагается основать добровольные общины прокаженных поблизости от крупных дорожных магистралей. Создание таких общин позволило бы освоить пустующие земли, содействовало бы трудоустройству людей, обреченных болезнью на безработицу, и тем самым дало бы возможность прокаженным чувствовать себя полноценными членами общества. Сейчас этот проект проверяется на практике. Кажется, она дает убедительные результаты.
Мы едем в облаке красной пыли по тряской дороге, напоминающей гофрированное железо. Спидометр джипа, за рулем которого сидит испанский врач, показывает скорость до ста километров в час: при такой скорости не очень трясет.
Машина летит вперед. Подъезжая к шатким деревянным мосткам, перекинутым через ручейки, бороздящие таиландские поля, наш водитель крепче сжимает баранку, прищуривается, как целящийся охотник.
— Проскочим лишь на большой скорости — иначе можно провалиться.
На голове врача берет цвета хаки, украшенный двумя металлическими звездочками, — походный головной убор испанских офицеров. Мой спутник редко с ним расстается. Мне не очень нравится этот символ. Подобные условные значки, символизирующие подвижничество, не внушают мне доверия. Солдат здравоохранения? А что если бы я оказался на месте этого человека? Смог бы я с пакетом медикаментов, привязанным к шее, переплывать реки, когда нет мостов, часами идти пешком, чтобы добраться до деревни, к которой не ведет ни одна проезжая дорога? Я внушаю себе, что, если бы человеку запрещали иногда мечтать о подвиге, дело бы не продвинулось ни на шаг.
Шоссе сменилось узкими тропами, занесенными песком. Очевидно, это русла речек, которые образуются в сезон дождей. Джип буксует, его заносит на поворотах. Вторая машина, где сидят таиландский врач и санитары, едет следом за нами. Обе машины оставляют за собой огромную тучу пыли, издали, вероятно, напоминающую клубы дыма.
Мы останавливаемся в поле, недалеко от поднятого на сваях строения. Сквозь бамбуковые стены можно заглянуть внутрь. Это деревенская школа. К нам выходят два учителя и приветствуют нас согласно местному обычаю — склонив голову над руками, сложенными ладонями вместе. Это буддийское приветствие — знак уважения, молчаливый поклон. Гостеприимна страна, в которой уже одно присутствие чужих священно… Мы отвечаем/ тем же приветствием. Затем учителя приглашают нас в школу. Начинается обследование.