Принц из Нью-Йорка [СИ]

— Нет, только господин Гринблатт с охраной и переводчицей.

Ну что же… будем встречать. Я слегка поправил манжеты рубашки, покрутил запонки и «надел» дежурную деловую улыбку.

По моей шее пробежала горячая волна.

Следуя за моим русским партнером вошла она.

Девочка из лифта.

Коричневые брюки из мягкой ткани, застегнутые на узкой талии. Все та же шелковая блузка, обрисовывающая узор кружева ее белья. Я бы углубился в более детальное разглядывание девушки, ее тонкие кисти и длинные пальцы, круглые перламутровые пуговки на манжетах… но… нужно было заняться делами.

Ксения Косова. Непривычное имя. Его хотелось крутить на языке и пробовать на вкус.

Нужно будет попросить Марию распечатать мне ее резюме.

Я никогда не интересовался женщинами на работе, попросту не замечал их в компании. Только модели. Только богатенькие блестящие «штучки» с наших богемных вечеринок.

Ксения щебетала, бегло переводила Александру Гринблатту, наклоняясь к нему ближе, периодически говорила тише, чем следовало бы.

Волновалась, сразу заметил я. Хотелось поменяться с Александром местами.

Неосознанно я говорил медленнее, стараясь помочь ей, дать лишнее время, не углублялся в терминологию. Хотя откуда мне было знать, может быть, она бы и так справилась, но мысль о том, что я чем-то ей помогаю, была приятна.

Сколько ей лет? Должно быть больше двадцати одного, раз она работает?

Я несколько раз отвлекся на свой планшет, написав Марии, чтобы прислала мне анкету на Ксению Косову прямо сейчас.

Мэри легким движением руки выслала мне все необходимое, не переставая работать.

— Я бы хотел пригласить вас, Александр, на празднике к себе в загородный особняк. Впереди Рождество, праздничные дни! Не стоит вам быть одним! Вы — мои особые гости! — и, конечно же, он согласился! Даже, если бы начал артачиться или ссылаться на другие дела в городе, я бы сумел уговорить. Настоять на своем.

Гринблатту пришлось срочно ответить на телефонный звонок. Он извинился. Я даже не обратил внимания, только проследил, как девушки отошли к кофемашине.

Девочка, как я называл про себя ассистентку Гринблатта вот уже целое утро, разглаживала несуществующие складки на брюках, проводя ладонями вверх-вниз по бедрам.

Мой новый русский партнер вернулся, подошел ко мне, расположившемуся у панорамных стеклянных окон, и продолжил что то рассказывать… ни черта не понятно, но я не спешил, хотелось сделать перерыв, или дать заслуженный перерыв мисс Косовой. На безымянных пальцах обоих рук не было кольца. Не помолвлена. Не замужем.

— Ксения! Ксения! Переведи! — Александр снова не дал своей переводчице опомниться. Меня злило больше всего, что девочка воспринимала такое отношение, как само собой разумеющееся. Даже не замечала одергиваний.

За окнами было пасмурно, а в волосах Ксении плясали рыжие искорки. Бледно розовые губы слегка переливались от гигиенической помады.