Там, где обитают куклы... [СИ]

Ночной рейс до Мехико. Что будет там, в стране, в которой они еще не были? Как все сложится? Несмотря на то, что вся подготовка прошла довольно гладко, каждого из них порой посещала мысль, что что-то не так, оставляя какой-то смутный, малозаметный, но — неприятный осадок, который несколько портил ощущение от новой поездки и предстоящих приключений, и впечатлений. Однако, об этом никто никому ничего не сказал… Все были полны ожиданий.

Ночной рейс до Мехико до боли напоминает ночной рейс до Симферополя. И толчея аэропорта Домодедово — согласитесь, наверное не очень сильно отличается от таковой в любом другом аэропорту мира. Всем, кто когда-нибудь летал, известно то смутное чувство, которое посещает наверное, любого пассажира, ступающего на крутой трап и заходящего в салон самолета, стоящего на месте стоянки.

Улыбающаяся миловидная стюардесса провела традиционный инструктаж перед полетом, все узнали, как действовать в случае разгерметизации салона и где находятся кислородные маски. И тут же об этом забыли. Пассажиры организованно пристегнули ремни, не мигая глядя на стюардессу и приготовились к предстоящему взлету. Самолет немного вздрогнул, мощный тягач подцепил его за переднюю стойку и поволок за собой, прочь от места стоянки. Все сидели на местах, погрузившись в свои мысли.

Кто сидел у окна, — смотрел как огромный лайнер, катится по летному полю, слегка покачивая законцовками длинных крыльев. «Боинг» снова остановился, тягач отъехал в сторону. Самолет слегка задрожал, раздался приглушенный рев и свист четырех мощных турбин. Лайнер еще немного постоял, как бы решаясь на что-то, или собираясь с мыслями, а затем снова неспешно стал петлять по одному ему ведомым путям на летном поле, в ночной темноте обозначенным разноцветными фонарями, немного вздрагивая на неровностях рулежной дорожки.

Внушительный, новенький «горбатый» Боинг 747, проехав по рулежным дорожкам, немного постоял в начале взлетной полосы. Затем — плавно и даже немного величественно, разогнался по взлетной полосе этого Лондонского аэропорта, оторвался от земли и теперь равномерно и монотонно гудел четырьмя мощными двигателями, резво набирая высоту и неся друзей навстречу новым приключениям.

Голова стала тяжелой и стало давить на уши. «Круг почета» над ночным Лондоном, довольно скоро ушедшим во тьму. Огни спящих внизу городов, через некоторое время остались позади, а под крыльями самолета воцарилась непроглядная темнота, нарушаемая лишь огнями проходящих по своим маршрутам судов — Атлантический океан.

Ральф, оказавшийся посередине, между Генри и Томом, едва коснувшись своей объемной задницей удобного широкого сиденья, тут же завалился спать, откинув спинку сиденья едва ли не на колени какому-то нервному пассажиру, сидевшему сзади него, накинув на себя одеяло и мирно засопев. «Хочешь, я мило шлепну тебя по лбу? Чтобы сильно не расплывался в замкнутом пространстве!» — Альберт приподнялся над подголовником, но Ральф его уже не слышал. С его сиденья уже раздавалось мерное посапывание, временами переходящее в храп. «Мне бы твою нервную систему! Черта с два с тобой уснешь!» — Генри чувствительно ткнул друга локтем в бок.