Электронная книга - «Невидимка (СИ)». Краткое содержание книги:
Лерка не видел, как с противоположного берега со скалы полетело три тела, он не слышал, какой злобный клич издала Душица, он не знал, с какой скоростью пересёк реку Борис и с каким неистовством он набросился первым на бандита в полосатых шортах. Тут же подоспели парни, Матвей стащил в реку долговязого матершинника, и тот трусливо пытался удрать от расписного мстителя. Артём схватил чужое весло и стал молотить по чьим-то ногам. Костя спаринговался не на шутку по колени в воде с одним из бандитов. А инструктор синих, молодой рыжий парень, устремился к лежавшему в воде Лерке, туда же побежала Душица.
— Еботе! Что вы наделали? — пронзительный вопль Душицы вдруг протрезвил всех участников побоища. — Паньюй идиоты!**
Оба инструктора вытаскивали бездвижное тело на берег. На светлой голове Лерки расплывалось красное пятно. Махач сразу остановился. Все побежали к берегу. Первый Борис.
— Костя! Лера! Дыши! Костенька! Открой глаза! — Он растолкал тех, кто рядом, и уже тряс за плечи бледного Мальчиша-Кибальчиша. — Лера!.. Он глотнул воды! Переворачивайте, осторожно, голова! Лера! Оживай! — Борис ладонью крепко постучал по спине убиенного, засунул пальцы тому в рот, заставляя разжаться челюсти. — Костик! Дыши, дыши!
— Вода пошла! — закричала Душица.
— Нужно дыхание, — вставил Тёмыч.
— Вот, подложите под голову, — настоящий Костя снял с себя жилет. — И осторожнее, вдруг что с позвоночником!
Борис кивнул и стал спасать своего Костика-Лерку, вдыхая в рот тёплую жизнь и коротко нажимая на сердце. Участники драмы скорбно стояли вокруг. К счастью, мучительного киношного воскрешения не понадобилось: уже на втором «рот в рот» Лерка стал кашлять и изгибаться. Борис повернул его на бок и ещё раз похлопал по спине.
— Лера, ты как?
— Жив.
— Надо в больницу!
— До Шчепан поля немного совсем, минут двадцать!
— Может, лучше машину вызвать?
— Нет, я доплыву на лодке.
— У тебя кровь на башке!
— Кожа рассечена.
— Грузим его в рафт!
И уже без деятельных разборок обе команды ускоренно засобирались плыть. Оставшиеся минуты столь экстремального путешествия шли наиболее осторожно, обходя перекаты. Благо, что чем ближе Тара к реке Пива, тем она спокойнее и размереннее ходом. На жёлтом рафте вдруг загорелся разговор о пьяных туристах. Душица с горестью поведала, что «такое бывает», рассказала, что её приятель, развлекающий отдыхающих парасейлингом, встречается с разудалыми туристами под градусом ещё чаще. Негодование Матвея даже вылилось в идею написать об этом статью, ведь журналисты они, чёрт побери, или нет?
— Можно поспрашивать, понаблюдать. Или даже самому пьяным притвориться, что мне скажут? Допустят или нет попарашютить? Ведь не должны!
— Не должны, — вздохнула Душица.
— Вот! Исследуем этот вопрос на собственной шкуре! Один пример у нас уже есть…
— Нормальная идея, — поддержал Костя. — Я с тобой! Наклепаем статью, как Шорох, и предъявим потом и в СМИ, и на сайт наш журфаковский, и преподам в качестве практической! Вот увидишь, будет не хуже, чем у некоторых!
— Кто такой Шорох? — равнодушно спросил Артём.
— А, звезда наша институтская. Нам бесконечно его в пример ставят… Лерка, мы и тебя в соавторы возьмём, как пострадавшего! Тем более фотки-то у тебя целы?
— Целы, — герой сражения гордо улыбнулся.
— Ну вот, завтра ещё нафоткаешь…
— Никаких «завтра нафоткаешь», — резко вмешался Борис. — Завтра развлекайтесь без него! Я его забираю к себе, надо показать врачу.
— Мы и сами покажем! — возмутился Матвей.
— Сомневаюсь, что страховой случай. Да и вы вроде собрались что-то там исследовать? Вот и исследуйте. Душица вас познакомит с кем надо.
— Э-э-э… — издал звук со дна лодки Лерка. — А меня спросить? Я что, вещь, чтобы меня забирать? Мне, может, тоже интересно на парашюте!
— А тебя я уже заколебался спрашивать. Больше не буду.
— Нихрена себе, — только и смог добавить Матвей.
— Лерик, так-то врач тебе не помешает! — бодро вставил Костик.
— По-моему, не только мне… — прошептал Лерка.
____________________________
*Борис, иди в жопу! Живо замолкни! (Перевод с сербского очень приблизительный. То, что касается «ебем», оно и в Сербии оно.)
** Пьяные идиоты! (сербс.)
========== 5. ==========
Пьяный инцидент испортил оставшуюся часть путешествия. Всем. Во-первых, предполагавшийся обед в трактирчике был сорван: Борис декларировал, что он везёт Валерку ко врачу, а остальные не будут ведь предательски оставаться, чтобы пожрать ягнятину из-под сача. Во-вторых, уже на берегу в Шчепан поле пришлось объясняться с представителями рафтинг-центра наперебой с протрезвевшими виновниками скандала — по-видимому, их рыжий инструктор огрёб себе неприятности, да и Душица заметно сникла, подрастеряла свой борзый пыл. В-третьих, Лерка ужасно стеснялся того безудержного внимания, которым его окружили со всех сторон: из рафта вынесли на руках, всем принесли воды, а ему черничный сок, человек десять из базы сбежалось, чтобы полюбоваться его раной на голове, кто-то даже фоткал, как ему забинтовывали голову, а потом ещё и в машину на руках как инвалида понесли. В-четвёртых, Матвей чуть было не поругался с Борисом. Он был против, чтобы Лерка ехал куда-то без друзей. Но ни Костик, ни Артём не поддержали расписного друга, поэтому у того аффективно вырвался железнобетонный аргумент:
— Кругом развелось этих пи… — окончание фразы было скомкано, но все поняли, что речь не о пикачу или пингвинах. Дальше ехали в атмосфере обиды, неловкой тишины и тупого упрямства. Борис, конечно, не внял обличительным речам Матвея, парней высадили около их отеля, а приунывшего Лерку повезли дальше, в новую Будву, в какую-то клинику.
Клиника оказалась маленькой квартирой на первом этаже миниотеля, обильно увешанного яркой бугенвиллией. Там их ждал недовольный доктор в светло-голубой форме — Радомир. Сразу стало ясно, что он знакомый Бориса. Они сначала вполголоса разговаривали на черногорском, поглядывая на пострадавшего, что Лерку страшно злило. Потом Радомир на чистейшем русском (раздражение нарастало) вкрадчиво беседовал с пациентом: где болит, не тошнит ли, хорошо ли слышит, всё ли помнит. Голова была разоблачена от бинтов, рана обработана чем-то сильно пахнущим. Повели в соседнюю комнату, где стоял гигантский аппарат для томографии, ещё минут двадцать Лерка провёл на ложе этой махины, которая издавала какие-то шаркающие звуки. Результаты доктора не впечатлили (значит, всё хорошо), но велено было выпить таблетку, и напоследок внутримышечно вкололи какой-то больнючий укол. Радомир на красивом бланке выписал рецепт для аптеки, велел лежать не менее десяти дней — и не на пляже, а в постели (Борис удовлетворённо кивал). Лерка заметил, сколько денежных купюр Борис передал Радомиру за этот куцый приём, и всю дорогу до аптеки и до отеля пилил благодетеля, как сварливая жена, за то, что транжирит деньги и «раздувает из мухи слона». И вообще:
— Мне в «Даклей» надо! Доктор прописал постельный режим!