Инкорпорация [litres, с иллюстрациями]

Пройдя через оцепление морских пехотинцев в черной броне, вице-президент частной военной компании «Белая голова» направился к полковнику. Коммерсант был в камуфлированном под лес экзокостюме. Броня на штатском — как седло на корове. Полковник крепко выругался и мрачно уставился на вице-президента «белоголовых», с которым посчастливилось координировать проведение карательной операции. Чтоб его разорвало…

Этот вечно улыбающийся недоносок постоянно лез не в свое дело. И хоть тресни, но ни его должности, ни фамилии нет в составе совместной экспедиционной группы корпуса морской пехоты и корпорации «Белая голова». Однако именно вице-президент «белоголовых» руководил наемниками частной военной компании, а вовсе не штаб группы. Армейцы отвечали за операцию в целом, но приказы штаба или начальника экспедиции выполнялись наемниками исключительно после подтверждения вице-президентом «Белой головы».

Вдобавок он постоянно требовал пояснений и разъяснений о ходе операции, и это раздражало особенно сильно. В Диких землях бог и господин — старший офицер, но только не в данной экспедиции. Тут везде сует свой длинный уродский нос чертов штатский! Вчера удалось избавиться от него, лишь сославшись на секретность, однако он снова появился в полевом штабе, как только началась бомбардировка. Пробыл здесь недолго и вот поутру опять нарисовался.

— Местность зачищена, — сообщил вице-президент.

Именно что сообщил! Не доложил, а сообщил!.. Полковник сделал вид, что не услышал.

— Местность зачищена! — повторил «белоголовый», в его голосе прорезалось раздражение.

— Мне это известно, — сухо ответил полковник.

— Вот как? Но если бы не ваш отказ синхронизироваться с моим нетчипом…

— Хотите услышать отказ снова? — демонстративно перебил офицер вице-президента.

Лицо «белоголового» налилось краской. Он с вызовом посмотрел на полковника и продолжил:

— Если бы не ваш отказ синхронизироваться, сэр, то вы узнали бы о том, что мои люди завершили свою часть работы еще полтора часа назад.

Полковник оценивающе оглядел вице-президента, словно раздумывая, не посадить ли того в изолятор на день или два, и после затянувшейся паузы спросил:

— Ваши люди или тени?

— Мои люди закончили нашу общую часть работы, — заявил вице-президент «Белой головы» и, заметив презрительный взгляд офицера, побагровел еще больше.

Первыми в поселение вошли не «белоголовые», а бойцы из небольшой компании «Тень». На них легла самая грязная и тяжелая часть операции — ближний бой и первоначальная зачистка. «Белоголовые» взяли теней на субподряд, такое не запрещалось соглашением между корпусом морской пехоты и компанией «Белая голова».

Договор ставил точку в противостоянии с главным конкурентом «белоголовых», который давно вышел за рамки дозволенного частникам, и Совет директоров Синей корпорации наконец санкционировал карательную операцию. Некоторые пытались ее остановить, и это могло получиться, но после расстрела поезда отменить либо отсрочить решение Совета директоров стало невозможным. Операция началась в ночь с шестнадцатое на семнадцатое декабря две тысячи двести пятьдесят второго года.

Частники… Полковник всегда презирал наемников и с превеликим удовольствием принял непосредственное участие в ликвидации одной из военных компаний, но это не значит, что ему хоть в чем-то симпатичней «белоголовые» или, скажем, «тени». К дьяволу их всех! После этой ночи исчезли сразу тринадцать опорных баз зарвавшихся частников и вместе с ними одна компания. «Белоголовые» при поддержке корпуса морской пехоты уничтожили конкурента. Но какая разница? Одной частной военной компанией меньше, одной больше!

— Каковы ваши потери и потери ваших субподрядчиков? — спросил полковник.

— Они незначительны.

— А точнее?

— Я же сказал, незначительны!

— Незначительны… Хм… Все ясно. — Полковнику хотелось высказаться в ином тоне. Он бы не потерпел рядом офицера, которому неизвестны точные потери в личном составе и технике, но нельзя срываться при подчиненных.

— Желаете узнать от меня что-нибудь еще? — Вице-президент собрался покинуть штаб.

— Желаю. По договору вы передаете нам всех задержанных, включая тяжелораненых. Скольких вы удерживаете?

— Почти три сотни человек. Но думаю, что никто не подойдет вам, и поэтому…