Великие заговоры

Счастье и успехи военных походов заставили Александра так возгордиться, что он пожелал, чтобы все отныне почитали его богом. Тем не менее это смешное и пустое в глазах македонян тщеславие вызвало всеобщее недовольство, особенно, если учесть, что подданные Александра не привыкли с рабской покорностью следовать за всеми нововведениями царя.

Опасности, которые поджидали македонян на каждом шагу, мысли о том, что им, быть может, никогда не суждено увидеть снова далекую родину, все чаще исторгали горькие вздохи из их груди и слезы из их глаз. Войско начинало роптать. Более того, честолюбивый монарх, подчинивший уже значительную часть известных македонянам и грекам земель, не имел наследника, которому мог оставить свое огромное царство. Вот, без сомнения, основные причины всех заговоров, которые устраивались против него. Об одном из них, самом важном, я и намерен теперь рассказать.

Среди македонян был некто Димн, занимавший при дворе весьма малозаметное положение. Человек этот без памяти влюбился в порочного юношу Никомаха, благоразумие которого все же подчас способно было возобладать над его красотой. Вышеназванный Димн однажды встретил предмет своей позорной страсти и, увлекши юношу за собою в храм, с волнением сказал ему: «Никомах, открою тебе секрет необычайной важности, но прежде ты должен поклясться мне перед лицом богов, что отныне никогда не предашь человека, который так любит тебя».

Никомах обещал ему это, и тогда Димн открыл ему, что на жизнь царя готовится покушение, что уже многие известные своим мужеством и подвигами македоняне вступили в заговор и уже через три дня все они будут наконец свободны от власти тирана.

Никомах, услышав подобное признание, выразил сильнейшее негодование и заявил, что никакие клятвы его ни к чему не могут обязать, когда речь идет о жизни царя, повелителя всех македонян. Перепуганный Димн нежно-нежно обнял своего друга и заклинал его вновь со слезами на глазах присоединиться к отважным (так он говорил) мужам, затеявшим, по его словам, самое благородное и необходимое предприятие, которое каждому из участников даст почести и славу, а главам заговора царскую власть над различными областями обширного Александрова царства. Однако Никомах не позволил ослепить себя столь блестящими перспективами и упорно держался своего первоначального решения. Димн, видя, что он ничего не может добиться просьбами и уговорами, попытался сломить верность юноши царю угрозами: «Тебе все известно о нашем замысле, — промолвил он с печалью в голосе, — но вместо того чтобы так трепетать и бояться за Александра, трепещи за себя самого. Мне ясно видно, что придется избавиться от вероломного и упрямого глупца, который предаст всех нас, и если моя роковая страсть помешает мне исполнить мой долг и предать тебя смерти, подумай о том, позволят ли тебе жить другие заговорщики, которых ты можешь в одно мгновение погубить? Поверь мне, не стоит жертвовать своей жизнью во имя спасения жизни Александра».