По-другому

– Ну что, холодильник переставил? – в упор твердо спросил хозяин.

– Не понял. – удивленно спросил Виктор и отвернулся. – Ты, о чем?

– Да так, Серега говорил, ты здесь перестановку затеял.

– Ну, я пойду. – Ирина поискала взглядом сумочку и встретилась взглядом с Виктором. Вид у него был такой, что она, удивленно посмотрев на него заторопилась к выходу.

– Я провожу. – Виктор прошел за ней.

Пока их не было Сергей выложил все, что они принесли в уже знакомые глубокие тарелки и три пузатых фужера появились рядом со стоящей бутылкой «Кристалла».

– Смотри ка, он уже микроволновку купил. – он сунул мясо в печь

Иваныч прошел в дальнюю комнату и увидел то, что и ожидал увидеть. Он заглянул под холодильник, придвинутый к стене, обошел комнату по периметру и открыл шкаф где в прошлый раз оставался прибор. Он сам справится, надо ему только помочь. – Подумал Иваныч и закрыл дверку шкафа.

За окном уже темнело, и Виктор опустил жалюзи. Разговора не получалось. Каждый молчал о своем, и хозяин знал, что все сейчас должен сделать он.

Он сел в единственное мягкое кресло с подлокотниками, а приятели устроились за столом и молча доедали шашлык.

Мы ехали от станции в поселение на машине довольно долго. – Начал Александр. – Кругом были какие-то бескрайние пустые поля, обсаженные по периметру высоченными тополями, и было необычно, для меня жарко. Машина была старая или Юрка попросил не торопиться, но он начал разговор пытаясь наконец мне что-то объяснять.

– Называй меня при всех учитель. Там так принято. Люди там разные, но объединённые все только одним. Прочувствованной необходимостью приблизится и вернуться к вечной силе. Вечной силе слепой и глухой, но всемогущей и беспредельной.

– Что это за идея? – спросил я совершенно без сомнения, а просто желая узнать ее. Надо понять, то, что тогда творилось со мной, было похоже на какой-то динамичный или перманентный гипноз, овладевший мной. После того, как за круглым столом в комнате окруженной черным дождем с людьми, мое сознание сдалось перед невероятной силой, предложенной мне. Все внутри мне превратилось, как бы это объяснить. Оно превратилось в сплоченную субстанцию приобретя мощь объединённых сил. Тот наркотик, который дал мне Учитель, раскрутил во мне все противоречия и борющиеся между собой устремления. Все они перестали мешать друг другу и замерли в ожидании увидеть цель своего существования. Разум перестал испытывать чувства, эмоции не стали больше захлестывать штормовыми волнами и без того слабые мысли отбирая у них последние силы. Сексуальные фантазии перестали изводить своим всемогуществом и неотвратимым подчинением. Тело перестало быть жалким и немощным, а приобрело необходимую норму силы и выносливости, не желая не изводить себя стремлением к ненужному изяществу форм ни доводить до истощения в пренебрежении к его потребностям. Все пришло в норму. Это была какая-то страшная норма. Страшная, в своей чистоте и возможности многое преодолеть. И что же дальше. А дальше очевидное. Тот, кто смог дать это сможет показать, что нужно преодолеть и зачем. Я сначала получил силу и теперь очень хотел узнать, зачем я ее получил.